-- Рѣшено, говорилъ виконтъ осматриваясь: -- я буду твоимъ секундантомъ, Францъ, если ужь ты не хочешь позволить мнѣ развѣдаться съ этимъ негодяемъ... Впрочемъ, ты хоть и моложе, но ловче меня и справишься тамъ, гдѣ я стану въ тупикъ... Да куда, къ чорту, дѣвались наши дамы?
-- Я ихъ сейчасъ видѣлъ, отвѣчалъ Францъ:-- но этотъ долговязый, въ нѣмецкомъ костюмѣ, преградилъ намъ дорогу... Замѣтилъ ли ты, Жюльенъ, какъ онъ смотрѣлъ на меня?
-- Я замѣтилъ только, что онъ подбирался къ моему голубому домино, отвѣчалъ лейтенантъ.-- Готовь биться объ закладъ, что они знакомы... Но я самъ умѣю угадывать хорошенькихъ женщинъ и отобью ее у него!
Францъ разсѣянно опустилъ голову.
-- Какъ взоръ его слѣдилъ за мною! проговорилъ онъ, какъ-бы про себя: -- онъ очень-хорошъ собой! Я бы желалъ походить на него!
-- Вотъ еще! возразилъ Жюльенъ: -- въ нѣмецкомъ костюмѣ онъ похожъ на театральнаго героя!.. Но послушай, Францъ, мать моя все болѣе и болѣе сближается съ домомъ Гельдберга, и ты знаешь, что я самъ имѣю нѣкоторое вліяніе на одного изъ членовъ этой фамиліи...
-- Не-уже-ли ты все еще хочешь жениться на графинѣ Эсѳири? спросилъ Францъ.
-- Разумѣется, возразилъ лейтенантъ: -- мы, моряки, славимся постоянствомъ... Эсѳирь прекраснѣйшая женщина въ цѣломъ Парижѣ!.. Но не въ томъ дѣло: я хотѣлъ сказать, что можно бы помирить тебя съ Гельдбергомъ.
-- Не надо, отвѣчалъ Францъ.
-- Однако, ты самъ сейчасъ признался, что у тебя нѣтъ никакого состоянія...