Она вспоминала то время, когда была молода, хороша собою и когда ей улыбался хорошенькій, бѣлокурый ребенокъ. Ребенокъ былъ золъ, и, казалось, невидимая сила влекла его къ пороку; но какая мать замѣчаетъ подобные недостатки?..
Она вспоминала, какъ ребенокъ подросталъ и всегда господствовалъ надъ товарищами шумныхъ игръ, на Площади-Ротонды... Наконецъ, онъ поступилъ въ школу. Какъ она гордилась этимъ! До него никто изъ всей фамиліи Реньйо не бывалъ въ школѣ.
А что говорили сосѣди?.. Что маленькій Жакъ и безъ того уже слишкомъ-смышленъ... что ему учиться не-зачѣмъ... Но чего не выдумаетъ зависть? Боже мой! какъ мало безпокоили ее въ то время всѣ эти толки!-- Ребенокъ исправится, повторяла она; тотъ, кто слишкомъ-уменъ на двѣнадцатомъ году, становится простякомъ на двадцатомъ, а глупцомъ на тридцатомъ... Пусть только дѣтство пройдетъ -- тогда увидятъ!
Дѣтство прошло. Жакъ сдѣлался красивымъ юношей; онъ завивался и изъ всей силы затягивалъ себѣ талью: онъ сталъ тампльскимъ львомъ.
Въ школѣ онъ ничему не выучился, но познакомился съ нѣкоторыми болѣе-богатыми товарищами, и -- отецъ Реньйо сталъ замѣчать частый недочетъ въ своей кассѣ.
Наступили плохія времена. Бѣдная мать вспомнила, въ какомъ безпорядочномъ видѣ возвращался Жакъ домой послѣ оргій и съ какою насмѣшливою дерзостью отвѣчалъ на выговоры нѣжно-любившаго его отца...
Тогда со всѣхъ сторонъ сыпались упреки сосѣдей.
-- Что мы вамъ говорили, мадамъ Реньйо?.. Мы предвидѣли, что этотъ ребенокъ надѣлаетъ вамъ много горя и хлопотъ!..
Какъ живы были всѣ эти воспоминанія въ умѣ ея!
Потомъ она припомнила первую рану, нанесеннную дурнымъ сыномъ сердцу матери: бѣгство Жака со всѣмъ наличнымъ имуществомъ своего отца; болѣзнь и смерть старика Реньйо, -- а потомъ несчастіе... одно несчастіе!..