Малютка держала въ рукахъ красивый театральный лорнетъ, который она уже нисколько разъ послѣ своего прихода обращала на окна противоположнаго павильйона, принадлежавшаго сестрѣ ея, Ліи.
Отошедъ отъ окна, она опять сила на прежнее мѣсто, возлѣ камина, и сказала съ легкимъ выраженіемъ презрѣнія въ голосѣ:
-- Ты большой ребенокъ, Эсѳирь: всего боишься и, не смотря на желаніе попользоваться жизнію, сидишь въ своемъ углу точно монахиня!
-- Не-уже-ли? А вчерашній балъ?.. спросила графиня улыбаясь. Малютка пожала плечами.
-- Какой великій подвигъ! вскричала она: -- вчерашній балъ!.. Ты произнесла эти слова точно будто тебѣ удалось сдвинуть гору съ мѣста!..
-- Говори, что хочешь, отвѣчала Эсѳирь съ нѣкоторою грустно: -- но я внутренно убѣждена, что поступила дурно... Еслибъ онъ узналъ меня, Сара!
Малютка громко засмѣялась!
-- Боже мой! какъ мни трудно образовать тебя! сказала она:-- ты боишься своей тѣни, и тебѣ все кажется, что такъ всѣ и подсматриваютъ за тобою... А между-тѣмъ, ты еще вдова и никто не имѣетъ права мѣшаться въ дѣла твои... Что же бы ты стала дѣлать, Боже мой, еслибъ была на моемъ мѣстѣ?
-- Я была бы, вѣроятно, смѣлѣе, еслибъ...
-- Еслибъ не любила своего мужа?