Пропаганда -- необходимость всякой падшей души. Сара, прелестная, обворожительная грѣшница, хотѣла привить грѣхъ ко всему, ее окружавшему. Она наслаждалась, увлекая за собою и другихъ въ своемъ паденіи; величайшимъ ея счастіемъ было распространять около себя заразу испорченности и образовывать прозелитовъ духу зла.
Сара пала еще въ дѣтствѣ. Въ нѣжнѣйшія лѣта нечистое дуновеніе испортило дѣвическое ея сердце. Ее научили отрицать Бога и смѣяться надъ голосомъ совѣсти. Она, подобно учителю своему, доктору Мира, не вѣровала въ добродѣтель, была холодна, рѣшительна и безжалостна.
Но она была женщина: въ злѣ, какъ и въ добрѣ, женщина заходитъ далѣе мужчины.
Малютка превзошла своего учителя.
Именно на тѣхъ, кого мы привыкли любить и кому обыкновенно жертвуемъ собою, простирались злоумышленные замыслы Малютки; мы уже видѣли ее съ мужемъ, видимъ ее съ Эсѳирью, подругою ея дѣтства; увидимъ еще съ Ліей, младшей сестрою, которой чистая и твердая душа отвергла ея отравительное вліяніе.
Сара смѣялась надъ всѣмъ, привыкла всѣмъ играть.
Францъ, бѣдный юноша, случайно попавшійся ей на глаза и пойманный въ сѣти ея дивной красоты, служилъ ей такою же игрушкою, какъ и мужъ ея. Его робкіе вздохи, страстные, юношескіе порывы забавляли ее нѣсколько недѣль; она поиграла юною, свѣжею его любовію, полною пламенной неопытности и наивной страсти... Потомъ настало пресыщеніе, и она обрадовалась, узнавъ объ опасности, неизбѣжной, смертельной, предстоявшей бѣдному юношѣ...
Она обрадовалась даже прежде, чѣмъ узнала, что Францу извѣстна тайна, могущая погубить ее!
И еслибъ ребенокъ не стоялъ уже на краю скользкой пропасти, она сама подвела бы его къ ней...
Но узнавъ, что Францу извѣстна тайна, имя ея, она объявила ему открытую войну; она ненавидѣла его, живаго или мертваго, все равно. И еслибъ, случайно, шпага Вердье не нашла дороги къ его сердцу, то у Франца быль другой врагъ, смертельный, непримиримый и болѣе-жестокій и смѣлый, нежели самые убіицы Блутгаупта.