Впрочемъ, теперь Малютка и не думала о Францѣ; она была увѣрена, что онъ убитъ.,
Она была въ веселомъ расположеніи духа; вчерашнія удовольствія, увеличснныя собственною ея опасностью и страннымъ сближеніемъ Эсѳири съ будущимъ ея мужемъ, оставили въ ней пріятнѣйшія воспоминанія.
Давно уже не была она такъ весела.
Притомъ же, состояніе здоровья г. де-Лоранса было хуже, нежели когда-либо прежде, и ночь, проведенная Малюткой въ удовольствіи, подѣйствовала на него, какъ цѣлый годъ невыразимыхъ страданій.
И ни одна искра того, что происходило въ душѣ Малютки, не проявлялась наружу! Свѣтъ называлъ ее живою, умною, образованною женщиной. Никто-почти не смѣлъ обвинить вѣ даже въ кокетствѣ, которое иногда -- недостатокъ, часто -- добродѣтель, всегда -- украшеніе женщины.
-- Я знаю только одну опасность, сказала она: -- именно: страхъ... Кто боится, тотъ произвольно губитъ себя... Зачѣмъ же бояться?.. Въ нашемъ положеніи, никто не осмѣлится и подозрѣвать насъ... Кто, напримѣръ, дерзнетъ подумать, что графиня Эсѳирь...
Она остановилась и презрительно улыбнулась.
-- Это-то и спасаетъ насъ! продолжала она.-- Представь себѣ гризетку, невѣсту ремесленника. Ремесленникъ встрѣчаетъ въ маскарадѣ маску, похожую на его невѣсту... Долой маску!.. Подобные люди не церемонятся... Между-тѣмъ, какъ виконтъ-Жюльенъ д'Одмеръ цѣлые три часа прогуливается, разговариваетъ, ужинаетъ съ тобою...
Одно воспоминаніе объ этомъ заставило Эсѳирь поблѣднѣть.
-- И не узнаётъ тебя! вскричала Малютка съ торжествующимъ видомъ: -- изъ этого можно вывести слѣдующее заключеніе: жена мелочнаго лавочника менѣе подвергается опасности, нежели гризетка; жена нотаріуса менѣе подвергается опасности, нежели жена лавочника, но женщина высшаго круга не подвергается никакой опасности!..