-- Уйди, Политъ, другъ мой!.. Отобедай въ трактирѣ; я заплачу...
Политъ бросилъ унылый взглядъ на только что принесенное вкусное блюдо; но надобно было повиноваться. Онъ всталъ не говоря ни слова, взялъ трость съ набалдашникомъ, золочёнымъ гальванопластическимъ способомъ, и исчезъ, неловко поклонившись.
Мадамъ Гюффе проводила его, успѣвъ присѣсть въ пятый разъ.
Малютка откинула вуаль.
Мадамъ Батальёръ опять сѣла къ столу и стала подвязывать салфетку.
-- Нѣтъ ли чего новаго? сказала она, безъ церемоніи принимаясь ѣсть.
-- Есть, отвѣчала Сара: -- мнѣ надобно о многомъ разспросить васъ, добрая мадамъ Батальёръ.
Добрая мадамъ Батальёръ налила себѣ цѣлый стаканъ фіолетоваго вини и, фамильярно кивнувъ головою г-же де-Лоринсъ, опорожнила его разомъ.
Въ Тампле и, вообще, при постороннихъ, торговка умѣла держать себя въ почтительномъ разстояніи отъ знатной дамы; но наединѣ люди, любящіе и уважающіе другъ друга, могутъ многое себѣ позволить.
-- Не угодно ли вамъ выпить стаканчикъ? спросили Батальёръ: -- нѣтъ?.. Ну, какъ хотите... Я выпью за ваше здоровье.