Когда принесли кофе,-- какая тампльская торговка можетъ жить безъ кофѣ съ аккомпаньеманомъ нѣсколькихъ рюмочекъ французской водки!-- Малютка пожелала разсмотрѣть счеты.
-- Мадамъ Гюффе! закричала Батальёръ громовымъ голосомъ. Старая служанка явилась и присѣла.
-- Счетную книгу! сказала Батальёръ.
-- Я сейчасъ буду имѣть честь принести ее, отвѣчала мадамъ Гюффе.
Торговка отодвинула въ одну сторону чашку кофе, въ другую погребецъ съ тремя графинчиками съ коньякомъ, смородинной наливкой и парфетамуромъ, и, положивъ передъ собою счетную книгу, стала перебирать одной рукою пожелтелые отъ времени листки, а другою болтать въ чашкѣ смѣсь кофе съ коньякомъ, извѣстную подъ названіемъ глоріи.
-- Нечто! говорила она: -- дѣла шли порядочно въ послѣднее время въ улицѣ Прувёръ... Игра была жаркая... Съ одной, а именно съ правой стороны, мы маленько потеряли...
-- Покажите, сказала Малютка: -- я давно ужо не справлялась съ книгой.
Она придвинула кресло и сѣла такъ близко къ мадамъ Батальёръ, что голова ея почти касалась головы торговки. Блестящія, каштановыя кудри ея перемѣшались съ тощими локонами, походившими на пробочники и висѣвшими изъ-подъ чепца торговки.
Между этими двумя женщинами былъ рѣзкій, совершенный контрастъ: одна была типомъ аристократической граціи и благородства, другая, съ лицомъ, раскраснѣвшимся отъ вина и водки, была олицетвореніемъ грубыхъ и отвратительныхъ пороковъ людей, вызываемыхъ, по-временамъ, слѣпымъ случаемъ изъ послѣднихъ слоевъ черни.
Не смотря на то, знатная дама не показывала ни малѣйшаго отвращенія.-- Быть-можетъ, она и не чувствовала его.-- Запахъ глоріи поражалъ ея обоняніе: она не обращала на то ни малѣйшаго вниманія, и флакончикъ спокойно оставался у нея въ карманѣ.