Онъ танцовалъ энергическій канканъ съ высокой, красивой женщиной въ бархатной камали, въ шляпкѣ съ перьями.
Эта женщина была извѣстна подъ именемъ Графини. Съ товарами, перетасканными ею подъ бархатной камалью, или подъ индійской шалью, она могла бы открыть превосходный модный магазинъ.
Малу и Питуа никогда не разставались; вмѣстѣ поступили они въ солдаты; вмѣстѣ бѣжали изъ полка; вмѣстѣ работали въ большихъ и малыхъ промыслахъ, на дорогахъ и на улицахъ; вмѣстѣ были въ тюрьмѣ; вмѣстѣ на галерахъ; вмѣстѣ ушли; знали другъ друга въ б ѣ д ѣ и въ счастьѣ, любили другъ друга... Странное дѣло! дружба, это чувство, запѣтое, такъ-сказать, поэтами до пошлости, чаще встрѣчается между разбойниками, нежели между людьми порядочными.
Малу часто подставлялъ свою грудь подъ ножъ, заносимый на Питуа; Питуа уступилъ товарищу женщину, которую они любили оба.
Имъ такъ тяжело было одному безъ другаго, что Питуа нарочно отдался въ руки правосудія, когда Малу сослали на галеры.
Нечего говорить, что достояніе ихъ было общее, не смотря на то, что равенство между ними было неполное; старшій вездѣ нуженъ: Малу, по прозванію Зеленый-Колпакъ, былъ главою братства.
Замѣчательно, что во всѣхъ шайкахъ злодѣевъ уваженіе всегда пропорціонально большей или меньшей преступности. Мошенникъ далеко-ниже въ ихъ глазахъ поддѣлывателя; простой воръ -- не стоитъ и четверти убійцы. Малу и Питуа прошли рука-объ-руку всѣ степени преступленій; среди тампльскихъ плутовъ, они были орлами:-- словно двое академиковъ въ кружку рифмоплетовъ!
Имъ всѣ дивились; всѣ охотно смѣялись каждому ихъ слову; а когда они начинали шутить, то общество приходило въ энтузіазмъ; всѣ замирали отъ веселья, слушая, какъ они гудѣли на скрипкѣ и бомбардѣ.
Женщины тѣснились вкругъ нихъ; мужчины уважали ихъ, не возвышаясь даже до зависти. Они были героями неподражаемыми; а о Зеленомъ-Колпакѣ и говорить нечего...
Балъ былъ въ самомъ разгарѣ, когда Іоганнъ и кавалеръ, перешедъ въ другой разъ черезъ Ротондскую-Площадь, вошли въ темный пассажъ.