-- Ужь мѣсяцъ, какъ маменька считаетъ дни, отвѣчала Дениза: -- мы заранѣе приняли приглашеніе и совершенно приготовились въ дорогу.
-- Говорятъ, онъ будетъ чудесенъ! примолвила Гертруда, и въ голосѣ ея слышалось немножко зависти.
-- Какъ охотно я уступила бы тебѣ свое мѣсто! возразила Дениза.-- Это будутъ дни тяжелые; я не могу подумать о нихъ безъ страха... Вы не успѣете, Францъ, получить тѣхъ счастливыхъ извѣстій, которыя могутъ доставить вамъ пріемъ у маменьки... Желаніе ея выдать меня за Рейнгольда ускоритъ нашъ отъѣздъ... а тамъ, въ этомъ семействѣ Гельдберговъ...
При послѣднемъ словѣ, Францъ быстро поднялъ голову, которая опустилась-было при первыхъ словахъ Денизы.
-- Праздникъ будетъ въ замкѣ Гольдберговъ? спросилъ онъ.
-- Да; и вы, конечно, догадываетесь, что меня обступятъ, будутъ осаждать... Еслибъ это было въ Парижѣ, еслибъ я могла иногда васъ видѣть, мнѣ было бы легче... но одна!
-- Нѣтъ, прервалъ Францъ: -- это будетъ лучше, чѣмъ въ Парижѣ: вы будете видѣть меня безпрестанно; я думаю тоже ѣхать въ замокъ Гельдберга.
Гертруда посмотрѣла на него искоса, не поднимая головы.
-- Но, сказала Дениза:-- ваше отношеніе къ Гельдбергамъ...
Францъ покраснѣлъ: ему пришла на мысль Сара.