Политъ вздрогнулъ, остановился на серединѣ комнаты и потомъ въ три прыжка очутился на своемъ прежнемъ мѣстѣ.
-- Я ставлю все! сказалъ Жанъ отрывисто, сиплымъ голосомъ.
-- Вотъ какъ надо! вскричалъ Францъ.-- Вотъ человѣкъ храбрый!
Прочіе игроки сняли свой ставки и приготовились смотрѣть; это былъ любопытный поединокъ. Талія началась; Съ первой карты, Жанъ какъ-бы опьянѣлъ; кровь бросилась ему въ голову, въ глазахъ потемнѣло. Онъ жаднымъ взоромъ ловилъ карты, таращилъ глаза и ничего не видѣлъ. Что-то красное заслоняло отъ него карты. Политъ неподвижно, затая дыханіе, смотрѣлъ за двухъ.
Пролетѣло двѣ или три секунды въ ожиданіи -- два столѣтія!-- потомъ говоръ раздался около стола:
-- Выигралъ!
-- Кто? спросилъ Жанъ слабымъ голосомъ.
Между игроками поднялся хохотъ, и проклятіе, вырвавшееся у Полита сквозь зубы, открыло Жану истину.
Онъ поблѣднѣлъ и зашатался на стулѣ.
-- Сосчитай, сказалъ Политъ: -- у тебя, можетъ-быть, больше четырехъ тысячь.