-- А что наша милая графиня? спросилъ онъ: -- не-уже-ли доктору не удалось одолѣть интересной ея болѣзни?
-- Сатану нескоро одолѣешь, г. де-Реньйо! возразилъ фан-Прэтъ: -- докторъ совершенно сбился съ толка... ребенокъ родится, я за это ручаюсь.
-- Что же онъ намѣренъ тогда дѣлать?
-- Мы, то-есть, мейнгеръ фан-Прэтъ, докторъ и я, отвѣчалъ Цахеусъ:-- думаемъ, что если графиня Маргарита родитъ дочь, такъ мы не пріймемъ никакихъ рѣшительныхъ мѣръ, ибо рожденіе ребенка женскаго пола не уничтожаетъ условія... Обождемъ нѣсколько дней.... ни графъ Гюнтеръ, ни благородная супруга его не проживутъ долго.
Маджаринъ положилъ вилку на столъ и слѣдилъ за словами управляющаго съ необыкновеннымъ вниманіемъ.
Другіе собесѣдники молча подтвердили слова Цахеуса, исключая, однакожь, Моисея Гельда, старательно очищавшаго свою тарелку.
-- А если будетъ сынъ? спросилъ Реньйо.
Цахеусъ промолчалъ нѣсколько секундъ; казалось, онъ пріискивалъ приличныя выраженія.
-- Мы не школьники, сказалъ онъ наконецъ:-- и не безъ цѣли заключили союзъ.
-- Разумѣется, возразилъ фан-Прэтъ.