Онъ осмотрѣлся съ видомъ человѣка, сбившагося съ дороги. Онъ не припоминалъ ни одного изъ окружавшихъ его предметовъ. Посреди улицы протекала широкая канава, въ которой журчала грязная вода; по сторонамъ высились высокіе домы, почти касавшіеся навѣсами крышъ. Фрицъ прошелъ еще нѣсколько шаговъ, потомъ остановился, отчаяваясь найдти дорогу безъ проводника.
-- Гдѣ Юденгассе? спросилъ онъ перваго прохожаго.
-- Это она и есть.
Фрицъ вздохнулъ радостно.
-- Не знаете ли вы домъ Моисея Гельда? спросилъ онъ еще.
Прохожій указалъ ему на старый, обрушивавшійся домъ, и сказалъ:
-- Вотъ онъ.
Фрицъ поспѣшно пошелъ къ указанному дому, находившемуся противъ маленькой кофейни. Съ улицы былъ входъ въ лавчонку. Нигдѣ не было ни вывѣски, ни надписи, по которой можно бы узнать имя или ремесло хозяина. Только возлѣ сырой, гнившей двери стояла пара сапоговъ, заржавленный треножникъ и картонная подзорная труба.
Кромѣ этихъ вещей, въ лавкѣ ничего не было.
Курьеръ вошелъ и спросилъ Моисея Гельда. Старуха, сидѣвшая въ лавочкѣ, встала, не говоря ни слова и, сдѣлавъ знакъ курьеру, чтобъ онъ слѣдовалъ за нею, вошла въ мрачный корридоръ, на концѣ котораго свѣтился огонёкъ.