Задержанный вздохъ вырвался изъ груди каждаго.
То былъ баронъ Родахъ.-- Тайныя надежды обмануты.-- Ошибки тутъ не было.
Авель, Рейнгольдъ и Мира,-- каждый узналъ въ немъ своего повѣреннаго.
Чудо было тутъ во плоти и казалось еще страннѣе, еще загадочнѣе!
Баронъ остановился прямо передъ каминомъ; прекрасное, энергическое лицо его рѣзко отдѣлилось отъ окружавшаго мрака; казалось, свѣтлый дискъ окружалъ его голову.
Но и безъ фантасмагоріи, это было дивное, благородное лицо. Все дышало въ немъ силой и отвагой; роскошный станъ надменно возвышался предъ собесѣдниками; спокойная увѣренность его взора заставила ихъ потупить глаза.
Родахъ молча поклонился. Компаньйоны робко отвѣтили на поклонъ его.
Авель, сидѣвшій ближе всѣхъ къ двери, всталъ и предложилъ ему свое кресло.
Баронъ окинулъ взоромъ присутствовавшихъ. Онъ узналъ Маджарина, мейнгера фан-Прэтта и г-жу де-Лорансъ. Изъ положенія ихъ и пріемовъ прочихъ трехъ компаньйоновъ, онъ догадался, что дѣло шло объ немъ, и если внутренно смутился, то никто не могъ этого замѣтить: лицо его было неизмѣнно.
-- Я пришелъ, сказалъ онъ:-- отдать отчетъ въ трехъ порученіяхъ, которыми почтили меня члены дома Гельдберга... Если присутствіе мое стѣсняетъ кого-нибудь, я готовъ удалиться.