"Косноязычество братцев стоит твердо и непоколебимо на делах, а Красноречие ревизовала собачка "Треф", и много-много гнилья нашлось".
"Нам, трезвенникам, видно, кто идет за Господом нашим Иисусом Христом, и видно, кто взялся идти и куда за то попал. Лишаются за то звания". (Автор, должно быть, говорит о преследованиях, которым подвергаются "братцы" со стороны духовной власти).
Итак, для трезвенников "Красноречие" -- нечто единое, целое. Красноречивые -- это те воры, которых ревизует собачка "Треф". Они ничего не делают для серого и темного народа, а братцы, которые воистину помогают народу пробуждают его совесть, подвергаются со стороны "Красноречия" гонению.
Сколько интеллигентов пострадало за свои народнические убеждения. Пострадали не только "лишением звания", а гораздо более серьезно.
Но, увы, народ валит всех "господ" в одну кучу, не разбирая правых и виноватых. В этом жесточайший крест интеллигенции. Ее жгут на костре, как Гуса, а старушка, ради которой Гус пошел на костер, подкладывает "в святой простоте" дрова.
Живо помню одну сцену. Собрались люди самые разные. Интеллигенты, рабочие, сектанты. Беседовали как раз на проклятую тему -- о розни между интеллигенцией и народом. Сектанты утверждали, что главная причина розни -- неверие интеллигенции.
Вдруг подымается рабочий. Бледный, со злой усмешкой, выкрикивает он надрывающимся голосом: "При чем тут неверие. Просто интеллигенты -- такие же баре, как чиновники. Вот я получил вчера письмо от товарища из N (он назвал "не столь отдаленный" городок). Пишет, что они там переругались. Рабочие с интеллигентами. И это хорошо. Так надо. Не хотим мы никаких господ. Мы сами интеллигенция. Обойдемся и без господ!"
Сказал, немного помолчал, круто повернулся и вышел из комнаты. За ним вышли и его товарищи.
Трезвенники, по крайней мере, тот из них, который послал мне письмо, ставит вопрос несколько иначе. Подоплека, конечно, у него социальная, но в сознании своем он утверждает идейную противоположность Косноязычия и Красноречия.
"Красноречие, -- говорит мой корреспондент, -- занялось все исчислением воздуха и мерою земли, а что между небом и землей, -- это все хоть на свалку собирай и сваливай. Жатвы много, поля побелели, а делателей нет. Все Красноречие роется в книгах, говорят, а не делают".