Не слѣдуетъ полагать, чтобъ Симсъ слишкомъ густо накладывалъ тѣни на рисуемыя имъ картины; все, что описываетъ этотъ молодой и очень талантливый журналистъ, поэтъ и драматургъ, вполнѣ вѣрно и справедливо; всѣ приводимые факты на страницахъ его любопытнаго очерка "Какъ живутъ бѣдные", и краснорѣчивыхъ статей объ Ужасномъ Лондонѣ, повторяются, въ той или другой формѣ, въ брошюрѣ пастора Мирна и многочисленныхъ журнальныхъ статьяхъ и газетныхъ письмахъ, посвященныхъ тому же предмету. Вездѣ мы встрѣчаемъ одинъ и тотъ же печальный разсказъ о грязныхъ, мрачныхъ, о пришедшихъ въ ветхость домахъ, о тѣсныхъ, смрадныхъ, сырыхъ, холодныхъ комнатахъ, болѣе похожихъ на хлѣвы, чѣмъ на человѣческія жилища, о скученіи честныхъ людей и невинныхъ дѣтей въ однѣхъ трущобахъ съ преступниками и проститутками, о сабачьихъ конурахъ, гдѣ часто восемь человѣкъ спятъ въ повалку, дыша вмѣстѣ 1,100 кубическими футами воздуха, тогда какъ, по опредѣленію профессора Гукслея, 800 куб. фут. воздуха необходимо каждому взрослому человѣку и пр., и пр. О существованіи этихъ общественныхъ язвъ никто не споритъ, всѣ въ одинъ голосъ свидѣтельствуютъ о нихъ, и споръ идетъ только о причинахъ возникновенія и о средствахъ къ устраненію подобнаго анормальнаго патологическаго явленія въ первой столицѣ міра, которая такъ кичится своимъ величіемъ, блескомъ и богатствомъ.
II.
Поразительный контрастъ, встрѣчаемый въ Лондонѣ, на каждомъ шагу, между богатствомъ и бѣдностью, блескомъ и трущобными ужасами, составляетъ тѣмъ болѣе животрепещущій и грозный вопросъ, что тоже самое, хотя, быть можетъ, не въ такой рѣзкой степени, существуетъ въ другихъ городахъ Англіи и въ ея сельскихъ округахъ. Какъ справедливо замѣчаетъ Чамберлэнъ:-- "въ послѣдніе 20 лѣтъ, ежегодный доходъ англійской націи увеличился на 600,000,000 фунт. стерл. и все-таки болѣе милліона гражданъ получаютъ приходскую милостыню, а милліоны другихъ находятся на краю нищеты. Индивидуумы и отдѣльные классы до того разбогатѣли, что не знаютъ куда дѣвать свои богатства, не доставляющія имъ никакого удовольствія, а большинство націи -- неутомимые труженники, сѣятели и ткачи -- не получаютъ соотвѣтствующей пользы отъ богатствъ, нажитыхъ ихъ руками, населеніе же, равняющееся числу жителей Лондона, постоянно находится въ самой ужасной и унизительной нищетѣ". Такимъ образомъ вопросъ объ Отверженномъ Лондонѣ является лишь частью общаго вопроса объ Отверженной Англіи, а потому неудивительно, что онъ возбудилъ сильное общественное движеніе, и что высшіе, такъ-называемые, правящіе классы приняли въ немъ горячее участіе. Они поняли съ характеризующей ихъ во всѣ эпохи англійской исторіи чуткостью, что время пришло сдѣлать уступки, пойти на сдѣлку для предотвращенія могущей грозить имъ роковой катастрофы. Еще Дантонъ говорилъ:-- "Если вы дозволите бѣднымъ жить по-скотски, то они могутъ превратиться въ дикихъ звѣрей и разорвать васъ". Эти слова только перефразируетъ тотъ англиканскій епископъ, который недавно писалъ въ "Times": -- "Отверженный Лондонъ -- это кратеръ, могущій поглотить весь Лондонъ; Истъ Эндъ еще въ состояніи застраховать себя отъ огня, но вскорѣ будетъ уже поздно". Еще образнѣе выражается въ своей статьѣ "Плачъ Исава" либеральный пасторъ Ламбертъ, принадлежащій къ такъ-называемой фалангѣ христіанскихъ соціалистовъ, во главѣ которой стояли такіе талантливые люди, какъ Морисъ и Кингсли. Черпая свое краснорѣчіе, какъ и подобаетъ пастору, въ священномъ писаніи, онъ очень ловко начинаетъ свою статью съ исторіи Исава, который, потерявъ свое первородство, благодаря хитрости брата, поднялъ горькій вопль, прося отца благословить и его; недовольный же благословеніемъ отца, онъ поклялся отомстить брату и, дѣйствительно, собравшись съ силами, пошелъ на него войной, всѣ ужасы которой были устранены только въ послѣднюю минуту предложеніемъ Іакова помириться. По словамъ Ламберта, Отверженный Лондонъ уже поднялъ горькій вопль, и недовольный тѣмъ, что у него отняли первородство, можетъ поклясться отмстить, если его вопль не будетъ услышанъ, и этотъ новый Исавъ, поднявшись на защиту своихъ попранныхъ правъ, можетъ выставить армію не въ 400, а въ 400,000 человѣкъ. Умѣренные либералы прямо указываютъ, что въ интересахъ всей націи, даже высшихъ классовъ, чтобъ работники стали лучшимъ орудіемъ производства, чтобъ ихъ жилища не были разсадникамъ эпидемій, и чтобъ ихъ нищенское, унизительное положеніе не служило постояннымъ источникомъ опасности для государства. Все это, впрочемъ, доказываетъ, что страхъ за шкуру преимущественно руководитъ богатыми и знатными классами Англіи въ неожиданно обнаруженномъ ими сочувствіи къ Отверженному Лондону. Этимъ объясняется и тотъ фактъ, что общественное вниманіе исключительно сосредоточено на жилищахъ бѣдныхъ, грозящихъ всего болѣе непосредственной опасностью богатымъ, тогда какъ, по справедливому замѣчанію Чамберлэна, трущобныя жилища только одинъ изъ факторовъ несчастнаго положенія низшаго класса, во главѣ которыхъ стоятъ невѣжество, недостаточность заработной платы и вообще бѣдность. Хотя никакая реформа, касающаяся исключительно жилищъ бѣдняковъ, не вырветъ съ корнемъ зла и не разрѣшитъ вопроса объ Отверженномъ Лондонѣ, но всѣ факторы несчастнаго положенія низшаго класса такъ тѣсно связаны и такъ взаимно дѣйствуютъ другъ на друга, что проведеніе реформы относительно одного изъ нихъ не можетъ не дѣйствовать благодѣтельно и на остальные. Къ тому же жизнь въ лондонскихъ трущобахъ становится до того невыносимой отверженцамъ, что одинъ изъ нихъ сказалъ съ отчаяніемъ пастору Ламберту: "Если есть Богъ, то я желалъ бы, чтобъ онъ послалъ землетрясеніе, которое поглотило бы насъ и сразу освободило отъ страданій?. При подобномъ положеніи всякая реформа является благодѣяніемъ для "лишеннаго первородства Исава". Конечно, Симсъ правъ, говоря, что "подобныя общественныя реформы должны быть актомъ справедливости, а не уступкой, вырванной страхомъ или сдѣланной изъ личныхъ разсчетовъ": но много ли общественныхъ реформъ проводится добровольно? Въ этихъ случаяхъ нечего заботиться о мотивахъ реформы, благо бы самая реформа была полезна, дѣйствительна и по возможности радикальна.
Поэтому, англійская либеральная партія и особенно ея радикальное крыло такъ горячо и взялось за вопросъ объ "Отверженномъ Лондонѣ", который муссируется консерваторами съ очевиднымъ намѣреніемъ стяжать себѣ славу народныхъ благодѣтелей, уронить настоящее министерство въ глазахъ низшихъ классовъ, проложить себѣ дорогу къ власти, а потомъ ловкимъ манёвромъ эскаматировать такъ громко проповѣдываемую ими реформу. Всѣ усилія либераловъ, напротивъ, направлены къ тому, чтобъ стать самимъ во главѣ движенія и провести, съ содѣйствіемъ своихъ противниковъ, реформу, хотя бы на первый случай только жилищъ бѣдныхъ въ наиболѣе практическомъ и радикальномъ духѣ. Надо отдать имъ справедливость, что доселѣ они дѣйствуютъ съ замѣчательнымъ единствомъ и тактомъ; вознося до небесъ лорда Сольсбери за его дѣйствительно замѣчательную по силѣ и сочувствію къ бѣднымъ статью, которая послужила такъ сказать непосредственнымъ поводомъ къ тому, что вся печать, а за нею и общественное мнѣніе забило въ набатъ, они въ своихъ рѣчахъ на митингахъ и журнальныхъ статьяхъ высказываютъ рѣшимость идти въ этомъ вопросѣ рука объ руку съ своими всегдашними противниками. Такой крайній радикалъ, какъ Чамберлэнъ, нынѣшній министръ торговли, даже прямо принялъ подъ свое покровительство главу консерваторовъ, котораго многіе изъ его сторонниковъ обвиняютъ въ слишкомъ соціалистическихъ тенденціяхъ. Одобряя его "открытое и разумное сочувствіе къ несчастному положенію бѣдныхъ классовъ" и отказываясь вѣрить, чтобы его благонамѣренное желаніе "устранить бѣдствія и униженія рабочихъ, набрасывающія такую тѣнь на благосостояніе богатыхъ", было лишь политическимъ манёвромъ для полученія министерскаго портфёля, Чамберлэнъ краснорѣчиво доказываетъ логичность доводовъ благороднаго маркиза, доводя ихъ, конечно, до крайнихъ предѣловъ. Въ томъ же духѣ дѣйствуютъ члены министерства Гладстона, Фосетъ, сэръ Чарльсъ Дильке и Шо-Лафевръ, а также видные представители либеральной партіи: Форстеръ, Гошенъ и пр. Особенную энергію выказываетъ сэръ Чарльсъ Дильке, стоящій во главѣ вѣдомства мѣстнаго управленія, къ юрисдикціи котораго прямо относится наблюденіе за дѣятельностью приходскихъ совѣтовъ, сосредоточивающихъ въ своихъ рукахъ всю мѣстную власть въ Лондонѣ, за исключеніемъ Сити, имѣющаго свое особое корпоративное устройство. Онъ нетолько самъ, въ теченіи двухъ недѣль, ежедневно посѣщалъ трущобы Отверженнаго Лондона, нетолько краснорѣчиво разсказываетъ всѣ видѣнные имъ ужасы и пламенно отстаиваетъ необходимость самыхъ широкихъ мѣропріятій, но издалъ 1-го января два чрезвычайно важные оффиціальные документа, въ которыхъ указываетъ приходскимъ совѣтамъ на ихъ обязанности въ отношеніи жилищъ бѣдныхъ и санитарныхъ условій города, объясняетъ касающіеся этихъ вопросовъ законы, напоминаетъ объ отвѣтственности, лежащей на приходскихъ совѣтахъ и горячо убѣждаетъ ихъ пользоваться съ энергіей принадлежащими имъ правами. Эта практическая административная мѣра имѣетъ тѣмъ большее значеніе, что, по единогласному мнѣнію всѣхъ лицъ, высказавшихъ свои мысли по вопросу объ Отверженномъ Лондонѣ, главными причинами несчастнаго положенія жилищъ бѣдныхъ представляются: неисполненіе существующихъ законовъ, неправильное ихъ примѣненіе, бездѣятельность и часто пристрастіе приходскихъ совѣтовъ.
Дѣйствительно, оказывается, что парламентомъ въ послѣдніе годы принятъ рядъ биллей, имѣющихъ цѣлью упорядочить жилища бѣдныхъ, но они или не исполняются, или ихъ примѣняютъ такъ, что они приносятъ не пользу, а вредъ, благодаря превратному ихъ толкованію, а также злоупотребленіямъ и равнодушію къ дѣлу какъ административныхъ, такъ и мѣстныхъ органовъ власти. Правда, существующіе законы, какъ и слѣдовало ожидать отъ мѣропріятій, принятыхъ во время министерства лорда Биконсфильда, недостаточны для радикальной борьбы со зломъ, но все-таки правильное и энергичное ихъ примѣненіе во многомъ бы уменьшило ужасы Отверженнаго Лондона. Эти законы двоякаго рода: санитарные и собственно имѣющіе цѣлью улучшить жилища городскихъ рабочихъ. Первые, извѣстные подъ названіемъ Актовъ Общественнаго Здравія и Акта мистера Торренса, основаны на вполнѣ разумномъ и справедливомъ принципѣ, что дома, негодные для жилья, составляютъ общественное зло, и общество имѣетъ право потребовать, чтобъ собственники такихъ домовъ привели ихъ въ надлежащій видъ, закрыли бы ихъ для жилья или сломали. Съ перваго взгляда кажется непонятнымъ, какъ при существованіи такихъ законовъ, прямо повидимому направленныхъ къ уничтоженію лондонскихъ трущобъ, послѣднія сохраняются и доселѣ. Но торіи, приводя эти законы, имѣли въ виду подъ маской благодѣянія для народа оказать, какъ всегда, покровительство привилегированнымъ классамъ и собственности. Владѣльцы домовъ, забракованныхъ мѣстной властью въ санитарномъ отношеніи, получили право требовать, чтобъ эти дома были у нихъ куплены мѣстной властью. Это условіе сильно затруднило примѣненіе законовъ, тѣмъ болѣе, что на практикѣ стали оцѣнять эти дома по чрезмѣрно высокой цѣнѣ и приходскіе совѣты бѣдныхъ лондонскихъ кварталовъ были поставлены въ невозможность вести подобную экспропріацію на большой ногѣ. Тѣ же существенные недостатки представляютъ и билли объ улучшеніи жилищъ городскихъ рабочихъ, проведенные въ парламентѣ сэромъ Ричардомъ Кроссомъ, министромъ внутреннихъ дѣлъ лорда Биконсфильда. и тутъ принципъ законодательства прекрасенъ: мѣстная власть получила право перестроить цѣлые околодки, которые признаны вредными для нравственнаго и физическаго благосостоянія народа, и гдѣ дома, по недостатку свѣта, воздуха, вентиляціи и другихъ необходимыхъ условій, нетолько въ годны для жилья, но вредно дѣйствующихъ на здоровье окрестнаго населенія. Для этой цѣли она могла насильственно отобрать вредную для общества недвижимую собственность, заплативъ за нее по торговой цѣнѣ, не принимая во вниманіе ни обязательности отчужденія, ни возможности увеличенія стоимости въ будущемъ. Все это прекрасно въ теоріи, но какова была практика? Во-первыхъ, по мѣткому выраженію автора статьи "А rookery destrict" (Трущебный округъ), законы эти, составленные съ явной цѣлью ничего не сдѣлать, сказали мѣстнымъ властямъ "вы можете", вмѣсто того, чтобъ сказать "вы должны" уничтожить дома, которые, хотя и обитаемы, но недостойны быть человѣческими жилищами", а потому приходскіе совѣты уклонялись подъ разными предлогами отъ исполненія этихъ законовъ. Во-вторыхъ, владѣльцы собственности, признанной вредной для общества, получали, по установившейся практикѣ, чрезмѣрную плату, такъ какъ оцѣнку основывали на капитализаціи получаемаго ими дохода, а не на дѣйствительной стоимости. Такимъ образомъ законъ являлся преміей за нарушеніе санитарныхъ правилъ, и мѣстныя власти, какъ бы говорили владѣльцамъ, по остроумному замѣчанію Чамберлэна: "Доведите свои дома до самаго отвратительнаго положенія, превратите ихъ въ гнѣздо болѣзней, разврата и преступленій, и тогда мы купимъ у васъ эти дома по цѣнѣ, превышающей на 70% ту, которую вы получили бы, продавая ихъ безъ нашей помощи". Не удивительно, что при такой практикѣ примѣненіе законовъ сдѣлалось невозможнымъ въ финансовомъ отношеніи. Изъ отчета столичнаго вѣдомства работъ (Metropolitan board of Works) видно, что оно всего пріобрѣло, на правѣ экспропріаціи за нарушеніе санитарныхъ правилъ, сорокъ два акра земли, на которой въ сломанныхъ домахъ жило 20,335 человѣкъ, и продало въ другія руки, съ потерей 1,211,336 ф. ст. При этомъ покупалась земля по 17 шиллинговъ за футъ, а продавалась по 10 шил. для коммерческихъ предпріятій и по 3 шилл. 4 п. для постройки жилищъ рабочихъ. Корпорація Сити, также приступавшая къ подобнымъ операціямъ, предположила очистить изъ-подъ трущобныхъ домомъ 111,000 футовъ земли, но платила владѣльцамъ по 43 шилл. за футъ, тогда какъ продать можно было каждый футъ на коммерческія предпріятія за 34 шилл., а на постройку жилищъ для рабочихъ за 6 шилл.; вслѣдствіе чего и отказалась отъ полнаго исполненія своего плана, которое должно было ей обойтись въ 210,000 ф. ст. Вся тяжесть этихъ убыточныхъ операцій пала на плательщиковъ податей тѣхъ приходовъ, гдѣ онѣ совершались, а слѣдовательно, и на тѣхъ несчастныхъ, на пользу которыхъ онѣ были предприняты.
Но получили ли выселенные бѣдняки хоть лучшія жилища? Нѣтъ. На мѣстахъ ихъ прежнихъ трущобъ выстроены станціи желѣзныхъ дорогъ съ великолѣпными отелями, громадныя кладовыя и дома для болѣе состоятельныхъ жильцовъ; кромѣ того, большія пространства остаются до сихъ поръ незастроенными. Такимъ образомъ, въ результатѣ пресловутое торійское законодательство только увеличило бѣдствія лондонскихъ отверженцевъ, которые должны искать убѣжища въ тѣхъ немногихъ кварталахъ, которые еще доступны имъ; но тѣснота и дороговизна тамъ ростутъ съ каждымъ днемъ. За комнату, со всѣми ужасами которой читатели уже знакомы, несчастные платятъ 100% дороже, чѣмъ пять лѣтъ тому назадъ, и, что еще хуже, они становятся поневолѣ безпомощными жертвами домовладѣльцевъ, которые отказываютъ имъ въ самыхъ необходимыхъ передѣлкахъ, въ проводѣ чистой воды, однимъ словомъ, во всемъ, зная, что уйди одинъ жилецъ, на его мѣсто явятся двѣнадцать. Подобная эксплуатація людей, вся вина которыхъ заключается въ томъ, что ихъ тяжелый трудъ плохо оплачивается, или что они повременамъ не могутъ найти работы, составляетъ такую выгодную аферу, что ею не брезгаютъ богатыя, знатныя и вліятельныя личности. По словамъ "Saturday Review", владѣльцы трущобъ часто сами члены приходскихъ совѣтовъ или имѣютъ вліяніе на нихъ, а Симсъ разсказываетъ любопытный случай, къ какому результату приводитъ подобное кумовство. Одинъ господинъ, состоявшій въ оффиціальныхъ отношеніяхъ къ своему мѣстному приходскому совѣту, указалъ ему на цѣлый рядъ домовъ, нарушавшихъ санитарныя правила, и добился ихъ экспропріаціи; потомъ, вмѣстѣ съ компаніей спекуляторовъ, онъ купилъ эти дома за безцѣнокъ, какъ строительный матеріалъ. Однако, новые владѣльцы не снесли этихъ домовъ, а только подкрасили ихъ снаружи и попрежнему пустили въ нихъ жильцовъ, которые наполнили прежніе хлѣвы съ чердаковъ до подваловъ. Прошло съ тѣхъ поръ пять лѣтъ и все идетъ по старому; отверженцы прозябаютъ въ трущобахъ, а господинъ, обратившій вниманіе санитарныхъ властей на вредъ этихъ трущобъ, разбогатѣлъ и продолжаетъ богатѣть. И этотъ примѣръ далеко не единственный. Одна знатная благотворительная дама писала въ "Daily News": "Въ числѣ владѣльцевъ самыхъ ужасныхъ трущобъ находятся корпораціи Лондонскаго Сити, богатые купцы, крупные подрядчики, фабриканты и даже пэры королевства. Цѣлая улица трущобныхъ домовъ принадлежитъ корпораціи торговцевъ сукнами и только послѣ долгихъ усилій удалось снести на большомъ участкѣ въ Истъ-Эндѣ, принадлежащемъ богатому лорду, такіе дома, которые въ санитарномъ отношеніи были хуже всего, что только можно себѣ вообразить; но и теперь у него осталось въ той же мѣстности много домовъ, въ которыхъ почти нельзя жить". Однако, не всѣ владѣльцы трущобъ виновны въ преступной корысти; пасторъ Мирнъ приводитъ въ своей брошюрѣ замѣчательный случай, до какой небрежности можетъ дойти богатый человѣкъ, даже очень благонамѣренный. Одинъ пасторъ въ Истъ-Эндѣ предложилъ знакомому джентльмэну, очень богатому и извѣстному своей благотворительностью, сопровождать его въ осмотрѣ жилищъ бѣдныхъ въ одномъ изъ худшихъ кварталовъ отверженнаго Лондона -- Бо-Коммонъ (Bow-Common).-- "А въ какой улицѣ?" спросилъ джентльмэнъ. Пасторъ отвѣтилъ, и джентльмэнъ воскликнулъ: "Да, большая часть домовъ въ этой улицѣ принадлежитъ мнѣ, но я не былъ тамъ двадцать лѣтъ!" Онъ не имѣлъ ни малѣйшаго понятія о томъ, въ какомъ положеніи были его дома и довольствовался полученіемъ денегъ отъ управляющаго, который эксплуатировалъ, съ одной стороны несчастныхъ жильцовъ, а съ другой -- безпечнаго домовладѣльца. Узнавъ горькую истину, послѣдній тотчасъ приступилъ къ исправленію своихъ домовъ, которые приняли болѣе человѣческій видъ. Конечно, въ нравственномъ отношеніи этотъ джентльмэнъ стоитъ выше корыстныхъ эксплуататоровъ, но результатъ для бѣдныхъ отверженцевъ одинъ и тотъ же.
Поэтому, одной изъ причинъ печальнаго состоянія Отверженнаго Лондона представляется именно это небрежное отношеніе домовладѣльцевъ къ своей собственности и ихъ абсентеизмъ, порождающій цѣлый классъ посредствующихъ лицъ, управляющихъ, арендаторовъ или агентовъ, которые, конечно, думаютъ только о своемъ обогащеніи, какими бы то ни было средствами. По словамъ Мирна, многіе жильцы даже не знаютъ именъ и адресовъ двоихъ домовладѣльцевъ, такъ что не могутъ обращаться къ нимъ съ просьбами о необходимыхъ передѣлкахъ или о сбавкѣ чрезмѣрной цѣны, на что, можетъ быть, и получили бы согласіе при личномъ объясненіи. Въ виду этого, онъ полагаетъ, что принесла бы большую пользу реформа, на взглядъ мелочная, именно: обязательное выставленіе на домахъ адреса ихъ владѣльцевъ. Но въ одномъ изъ многочисленныхъ писемъ, появившихся въ "Times" по поводу Отверженнаго Лондона, указывается на болѣе дѣйствительное средство, именно, чтобы жилецъ, нанимая квартиру, имѣлъ право требовать лично отъ домовладѣльца удостовѣреніе въ томъ, что домъ его находится въ хорошемъ санитарномъ положеніи и въ случаѣ, если это окажется несправедливымъ, то преслѣдовать его по суду. Тогда былъ бы немыслимъ случай, разсказываемый Симсомъ: одинъ управляющій трущобнымъ домомъ, послѣ долгихъ просьбъ жильца, согласился сдѣлать необходимыя передѣлай, такъ какъ въ хлѣву, носившемъ громкое названіе комнаты, дѣйствительно нельзя было жить, но зато прибавилъ къ платѣ въ 4 шилл. въ недѣлю еще 3 пенса. Въ чемъ же состояли эти передѣлки? Въ доскѣ, выломанной изъ свѣчного ящика и прибитой гвоздемъ къ стѣнѣ, гдѣ была такая щель, что можно просунуть въ нее голову, да кромѣ того, въ выданныхъ жильцу трехъ аршинахъ самыхъ простыхъ обоевъ, цѣною не болѣе трехъ пенсовъ.
Однако, по мнѣнію Мирна, нельзя взваливать всю вяну на домовладѣльцевъ: и сами бѣдные виноваты въ своемъ ужасномъ положеніи. Они сроднились съ грязной, трущобной обстановкой, благодаря главнымъ образомъ пьянству. Пьянство, по мнѣнію многихъ, главное зло. Что пьянство большое зло -- это не подлежитъ сомнѣнію, и Симсъ разсказываетъ въ своихъ статьяхъ въ "Daily News", что болѣе 1/4 дневного зароботка обитателей трущобныхъ жилищъ идетъ въ кабаки, но, съ другой стороны., онъ удостовѣряетъ, какъ мы уже видѣли, что несчастная обстановка заставляетъ ихъ нить. Они пьютъ потому, что жизнь имъ нестерпима, а отъ пьянства она, конечно, становится еще нестерпимѣе. Причина становится слѣдствіемъ, а слѣдствіе -- причиной. Надо удалить или, во всякомъ случаѣ, уменьшить вредное вліяніе этихъ взаимно дѣйствующихъ другъ на друга условій, а теперь "терпятъ трущобы и умножаютъ кабаки". Что же касается до безнравственности Отверженнаго Лондона, въ которомъ многіе почтенные филантропы, особливо пасторы англиканской церкви, видятъ основную причину ужаснаго положенія бѣднаго класса, то, по словамъ Симса, "надо глубоко уважать бѣдныхъ отверженцевъ за то, что они не гораздо хуже. Связанные но рукамъ и по ногамъ въ жизненной борьбѣ съ перваго шага и до послѣдняго, они, однако, выказываютъ зачатка всѣхъ добродѣтелей, которыя могутъ, при счастливыхъ обстоятельствахъ, сдѣлать ихъ примѣрными гражданами. Уже одно долготерпѣніе, съ которымъ они переносятъ систематическое презрѣніе болѣе счастливыхъ своихъ соотечественниковъ, должно бы заставить послѣднихъ относиться къ нимъ почтительно. Во всякой другой странѣ такая могучая масса отверженцевъ уже давно возбудила бы кровавую революцію". "Не въ недостаточности нравственныхъ или религіозныхъ чувствъ, говоритъ пасторъ Ламбертъ: -- надо искать причину, обусловливающую существованіе Отверженнаго Лондона, а въ недостаточной заработной платѣ". Это вполнѣ справедливое положеніе признается нетолько радикалами, но даже маркизъ Сольсбери прямо высказываетъ странную для главы торіевъ мысль, что "пока заработокъ городскихъ рабочихъ не возвысится, они не будутъ имѣть возможности при настоящихъ обстоятельствахъ платить за приличное жилище". Вполнѣ признавая практическій здравый смыслъ и справедливость подобнаго заявленія, Чамберлэнъ ехидно замѣчаетъ, что недостаточность заработной платы нельзя считать коренной причиной печальнаго положенія рабочаго класса въ Лондонѣ, такъ какъ оно есть слѣдствіе существующей въ Англіи ненормальной системы землевладѣнія, благодаря которой сельской населеніе съ каждымъ годомъ рѣдѣетъ, стекаясь въ города, съ одной стороны уменьшая конкурренціей норму заработной платы, а съ другой -- усиливая тѣсноту рабочихъ кварталовъ. "Можно смѣло сказать, прибавляетъ Чамберлэнъ:-- что вполнѣ удовлетворительное разрѣшеніе этого и вообще какого бы то ни было соціальнаго вопроса немыслимо, пока чудовищная и тираническая система, которая, вопреки примѣру всего остального образованнаго міра, лишаетъ земледѣльцевъ надежды быть собственниками земли, не будетъ измѣнена въ разумномъ и гуманномъ смыслѣ; но о такомъ средствѣ помочь горю, конечно, никогда и не снилось крупному землевладѣльцу, посвятившему свои вакаціонные досуги составленію блестящей журнальной статьи".
Переходя вмѣстѣ съ Чамберлэномъ къ разсмотрѣнію средствъ, предлагаемыхъ для уничтоженія общественнаго зла, обнаруженнаго англійской печатью и окрещеннаго совершенно вѣрнымъ именемъ Отверженнаго Лондона, замѣтимъ прежде всего, что англичане народъ практическій и когда дѣло идетъ объ излеченіи какого-нибудь общественнаго недуга, то они стараются тотчасъ пресѣчь его распространеніе и облегчить положеніе больного, зная, что совершенное удаленіе источниковъ органическаго зла требуетъ очень долгаго леченія. Поэтому, даже радикалы только мимоходомъ замѣчаютъ, что Отверженнаго Лондона нельзя вырвать съ корнемъ безъ разрѣшенія такихъ основныхъ вопросовъ, какъ уничтоженіе существующей въ Англіи системы поземельнаго владѣнія, расширеніе политическихъ правъ рабочаго класса, введеніе правильныхъ отношеній между капиталомъ и трудомъ, распространеніе обязательнаго дарового образованія и проч., а посвящаютъ все свое вниманіе на обсужденіе практическихъ средствъ для немедленнаго улучшенія жизни лондонскихъ отверженцевъ. Только почтенные, но узкіе филантропы, духовные и свѣтскіе, упорно держатся общихъ мѣръ и серьёзно увѣряютъ что одна нравственная проповѣдь можетъ спасти "языческій И міръ, развившійся среди цивилизованной страны". Даже такой основательно знакомый съ трущобнымъ міромъ человѣкъ, какъ пасторъ Мирнъ, видитъ спасеніе въ устройствѣ какихъ-то миссіонерныхъ залъ, гдѣ трущобное населеніе обучалось бы религіи и нравственности. "Все зло, пламенно возражаетъ Мирну его сотоварищъ по церковному сану Ламбертъ: -- заключается въ бѣдности, доводящей жизнь рабочаго населенія до вѣчной борьбы за существованіе. Этому не можетъ помочь ни религія, ни благотворительность; если не измѣнить условій жизни бѣдняковъ, то всякая помощь будетъ ядомъ, а не лекарствомъ. Бѣдняки извѣрились въ то, что они видятъ, какъ же имъ вѣрить въ то, чего они не видятъ. Необходимо не устройство миссіонерныхъ залъ, а признаніе за Исавомъ прирожденнаго ему права на справедливую оплату своего труда и на участіе въ доходѣ съ этого труда, потому что капиталъ и трудъ одинаковыя силы, взаимно необходимыя другъ другу". Впрочемъ, тотъ и другой предлагаютъ болѣе практическія и доступныя средства для борьбы со зломъ, именно: эмиграцію, образованіе компаній для постройки домовъ, вполнѣ удовлетворяющихъ санитарнымъ правиламъ, составленіе мѣстными обывателями комитетовъ для надзора за санитарными условіями, назначеніе правительствомъ санитарныхъ инспекторовъ и проч. При этомъ, Мирнъ прямо высказывается въ пользу вмѣшательства государства, а Ламбертъ полагаетъ, что мѣстное самоуправленіе можетъ провести необходимыя мѣры гораздо лучше, чѣмъ государство. Въ этомъ заключается яблоко раздора между всѣми лицами, высказавшими свои мнѣнія но этому вопросу. Одни стоятъ за исключительную дѣятельность въ данномъ случаѣ мѣстнаго самоуправленія и за частную иниціативу; другіе за вмѣшательство государства; третьи за совокупное дѣйствіе государства и мѣстнаго самоуправленія.
Во главѣ первыхъ стоятъ извѣстные своей благотворительной дѣятельностью въ Лондонѣ лордъ Шефтсбюри и миссъ Октавія Гиль. Рѣзко высказываясь противъ непосредственнаго вмѣшательства государства, "могущаго убить всякую нравственную энергію рабочаго класса", лордъ Шефтсбюри полагаетъ, что энергичной дѣятельностью мѣстнаго самоуправленія и иниціативой частныхъ лицъ, которыя образовали бы компаніи для постройки приличныхъ жилищъ для рабочаго класса, можно было бы достичь широкихъ и полезныхъ результатовъ. При этомъ онъ, однако, не -отрицаетъ того, что государство могло бы оказать помощь этимъ компаніямъ ссудой двухъ милліоновъ фунт. стерл. Миссъ Октавія Гиль отвергаетъ необходимость и такой помощи государства; "на утверждаетъ, что частные благотворители и частныя компаніи, при энергичномъ исполненіи мѣстными властями существующихъ законовъ, могутъ снабдить бѣдное населеніе Лондона вполнѣ удобными и доступными имъ жилищами. Свои доводы она подкрѣпляетъ примѣромъ существующихъ доселѣ подобныхъ учрежденій. Дѣйствительно, нельзя не признать, что усилія частной благотворительности въ Лондонѣ для улучшенія быта бѣдныхъ тружениковъ заслуживаютъ полнаго уваженія. Знаменитые дома, устроенные на капиталъ, завѣщанный американскимъ богачемъ Пибоди, доказываютъ, что возможно безъ убытка отдавать бѣднымъ приличныя жилища по 3 и 4 шил. за 2 комнаты и по 4--7 шил. за 3 комнаты, т. е. вдвое и втрое дешевле того, что они платятъ за свои трущобные хлѣвы. Точно также Общество жилищъ для рабочихъ и ремесленниковъ построило уже много подобныхъ домовъ различной величины и, никогда не нуждаясь въ жильцахъ, получаетъ дивидендъ отъ 3 до 6%. Въ "Building Times" отъ 10-го ноября помѣщено любопытное описаніе этихъ домовъ; ихъ пять разрядовъ, смотря но количеству помѣщеній: 1) четыре спальни въ верхнемъ этажѣ, 2 гостинныя, кухня и прачешная внизу; цѣна -- 11 шил. 6 пен. въ недѣлю; 2) -- 3 спальни, гостинная, кухня и еще комната, цѣна -- 10 шил., 3) -- 3 спальни, гостинная и кухня, цѣна -- 9 шил.: 4) двѣ спальни, гостинная, кухня, цѣна -- 7 шил. 6 пен.; 5) -- столько же комнатъ, но меньшаго размѣра -- 6 шил. 6 пен. Сама миссъ Октавія Гиль построила въ Вайтчапелѣ и въ Смитафильдѣ нѣсколько домовъ для бѣдныхъ, которыми завѣдуютъ свѣтскія дамы изъ Истъ-Энда. "Я не сомнѣваюсь, пишетъ она въ "Pall-Mall Gazette" отъ 21-го октября:-- что, еслибъ мнѣ дали за обыкновенную цѣну, платимую строителями, участки земли, на которыхъ снесены трущобныя жилища въ силу парламентскаго акта, то я устроила бы для самыхъ бѣдныхъ рабочихъ удобныя жилища и получала бы хорошій процентъ на истраченный капиталъ".