"Дружескій тонъ вашего письма ободряетъ меня сдѣлать замѣчаніе, которое вы, надѣюсь, не перетолкуете въ дурную сторону. Я прочелъ съ сердечною болью и удивленіемъ то мѣсто вашего письма гдѣ вы говорите о вашей первой женѣ. Вспомните что я обязанъ своимъ счастіемъ какъ вамъ такъ и ей. Вы конечно оказали мнѣ болѣе помощи чѣмъ она, когда я былъ въ крайней нуждѣ, но она пришла къ моей постелѣ съ такими же добрыми намѣреніями какъ и вы, но съ гораздо большимъ рискомъ. Позвольте мнѣ стать на минуту между бѣдною Джуліей и гнѣвомъ котораго не могли охладить многіе годы.
"Мы не видались со дня вашей свадьбы; вы пошли своимъ путемъ, а я своимъ; я ничего не подозрѣвалъ, пока не узналъ о вашей ссорѣ со Стендрингомъ, которая, по небрежносги съ вашей стороны, попала въ газеты. Вполнѣ ли вы увѣрены что положеніе дѣлъ было такъ дурно какъ казалось? Вы говорите что Джебезъ Стендрингъ подтвердилъ "подлость своего сына и низость воспитанницы". Но онъ былъ золъ на обоихъ и имѣетъ обыкновеніе выставлять въ дурномъ свѣтѣ поступка тѣхъ кто идетъ противъ него. Онъ отзывался очень жестоко и о васъ. Въ такомъ дѣлѣ какъ то о которомъ я говорю ничего нельзя было считать несомнѣннымъ. Съ такимъ человѣкомъ какъ Джебезъ Стендрингъ надо быть всегда насторожѣ, а вы, извините меня за откровенность, вы осудили правдивую, мужественную, любящую женщину на основаніи доказательствъ не провѣривъ которыхъ я не осудилъ бы послѣднюю уличную бродягу. Я полагаю что исчисливъ причины по которымъ вы считаете себя въ правѣ говорить о бѣдной Джуліи то что вы сказали, вы исчислили главныя причины. Въ противномъ случаѣ я беру назадъ мои слова и прошу у васъ прощенія.
"Какъ бы то ни было, теперь есть возможность разъяснить многое. Андрью Стендрингъ въ Англіи. Я не говорю: повидайтесь съ нимъ, потому что по тону вашего письма вижу что лордъ Гильтонъ и мой неукротимый другъ Бертрамъ Эйльвардъ одно и то же; но позвольте мнѣ повидаться съ нимъ. Положеніе дѣлъ не могло быть хуже чѣмъ вы понимаете, но могло быть лучше.
"Я знаю что это вопросъ слишкомъ щекотливый для вмѣшательства третьяго лица; но послѣ долгаго размышленія я счелъ моею обязанностью, даже моимъ правомъ, такъ какъ вы такъ добры что просите меня считать нашу дружбу не прерванною, сказать то что я сказалъ. Если вы примете мое предложеніе, я буду очень радъ; если вы разсердитесь на меня за него, говорю вамъ прямо, я не буду раскаиваться что сдѣлалъ его.
"Поблагодаривъ васъ за добрыя пожеланія мнѣ и моему семейству, остаюсь, дорогой лордъ Гильтонъ,
"искренно преданный вамъ
"Мартинъ Блексемъ."
Лордъ Гильтонъ Мартину Блексему, эсквайру.
"Лордъ Гильтонъ свидѣтельствуетъ свое почтеніе мистеру Блексему и увѣдомляетъ его о полученіи его письма заключающаго отказъ дѣйствовать въ качествѣ повѣреннаго по дѣламъ.
"Что же касается до другаго пункта письма мистера Блексема, лордъ Гильтонъ отвѣчалъ что онъ не имѣетъ обыкновенія дѣйствовать на основаніи недостаточныхъ доказательствъ.