-- А какъ давно, позвольте васъ спросить, мистеръ Гилль, сказалъ Джебезъ Стендрингъ, презрительно отодвигая бумаги въ сторону,-- стали вы предлагать свои услуги при подобныхъ дѣлахъ?
-- Я взялся за это дѣло, холодно отвѣчалъ Джекъ,-- полчаса тому назадъ, а въ настоящую минуту отказался уже отъ этой практики.
-- Вы расположены къ шутливости.
-- Отвѣтъ мой имѣетъ то преимущество предъ вашимъ вопросомъ что онъ касается сути дѣла. Я пришелъ сюда не за тѣмъ чтобъ отвѣчать на дерзкіе вопросы.
-- Я получилъ ваши бумаги (что онѣ стоятъ -- это другое дѣло). Могу я считать разговоръ этотъ оконченнымъ?
-- Пока еще не совсѣмъ. Доказавъ вамъ что повѣреннымъ лорда Гильтона вполнѣ извѣстны отношенія ваши къ нему, и что исторія о несовѣршеннолѣтнихъ не способныхъ давать обязательства и росписки не можетъ болѣе имѣть значенія, я желаю сдѣлать вамъ одно предложеніе.
Рубецъ на щекѣ Джебеза Стендринга началъ пылать и алѣть.-- "Говорите ему все прямо и откровенно", было послѣднимъ совѣтомъ Чемпіона Джеку, и Джекъ, хорошо помня состояніе въ которомъ онъ сидѣлъ въ послѣдній разъ въ этой самой конторѣ, вооружился всѣми силами ума своего.
-- Берегитесь, мистеръ Гилль; вы намекаете на вещи доказать которыя вамъ будетъ трудно, сказалъ Стендрингъ со сдержаннымъ гнѣвомъ.
-- Я ни на что не намекаю, твердо возразилъ Джекъ.-- Я прямо говорю что вы неправымъ образомъ воспользовались этими гипотеками и заемными письмами. Вы укрывались за лицами давно потерявшими всякій интересъ въ этихъ дѣлахъ. Если вы считаете себя несправедливо оскорбленнымъ чѣмъ что я говорю, то позовите сюда своего конторщика. Я повторю то же самое и въ его присутствіи, и буду стараться излагать дѣло какъ можно яснѣе. Тогда вы можете подать на меня жалобу за оклеветаніе вашей милости, и тогда увидите также какія я представлю доказательства.
Джебезъ Стендрингъ прикусилъ свои блѣдныя губы.