-- Если вы не вполнѣ довѣряете мнѣ, сударыня...
-- Ахъ нѣтъ, я право довѣряю вамъ вполнѣ. Но я вижу, вы спѣшите къ богослуженію. Кстати, вы знаете вѣдь что дочь моя протестантка?
-- Подъ моимъ попеченіемъ находятся еще двѣ дѣвицы тоже протестантки. Здѣсь не допускается никакого вмѣшательства въ вѣроисповѣданіе ихъ.
-- Какъ это хорошо! Какъ вы вѣротерпимы и добры! О, я увѣрена что она будетъ здѣсь вполнѣ счастлива. Могу я выдти отсюда тою же дорогой по которой пришла? Не покажетъ ли мнѣ кто-нибудь дорогу? Я увѣрена что заблужусь въ этомъ огромномъ домѣ.
-- Я сама доведу васъ, сударыня, до того мѣста откуда вамъ можно будетъ видѣть выходъ, сказала настоятельница, поднимаясь съ мѣста.
Такимъ образомъ мистрисъ Конвей удалилась. На этотъ разъ она не обращала большаго вниманія на репейникъ. Еслибы за нею гнался какой-нибудь дикій звѣрь, она не могла бы бѣжать болѣе легкими шагами по неровной почвѣ. Она бѣжала отъ "сцены", и сочла себя внѣ опасности лишь проѣхавъ половину дороги къ Парижу.
"Ахъ, какое ужасное мѣсто! думала она, вспоминая объ угрюмомъ монастырѣ и его пустыхъ комнатахъ.-- Я бы умерла проживъ тамъ недѣлю. Но это будетъ въ пользу ей, маленькой обманщицѣ! Да и дорогая Джертруда не стала бы совѣтовать отвезти ее туда, не будь это такое мѣсто какое для нея нужно."
Чрезвычайно утѣшительно говорить, когда все идетъ хорошо: "посмотрите какъ я былъ предусмотрителенъ", также какъ и сложить всю огвѣтственность на своего задушевнаго друга, когда дѣло оказывается плохо, спрашивая его или ее, какъ могли они дать такой неосновательный совѣтъ. Этимъ утѣшеніемъ обладала и мистрисъ Конвей. Въ ея себялюбивой мелкой душѣ не шевельнулось ни тѣни упрека за то на что она осудила дочь свою. Она постоянно находилась въ глубокомъ страхѣ насчетъ того что будутъ говорить объ ней люди, но когда щитомъ и броней ея была такая уважаемая и великосвѣтская особа какъ мистрисъ Виллертонъ, то люди могли говорить что имъ угодно, или что еще лучше, должны были молчать. Она постаралась разгласить повсюду что она оставила Констанцію во Франціи, руководясь чужимъ совѣтомъ.
-- Я право не знала что мнѣ дѣлать, увѣряла она.-- Она такъ впечатлительна, милое дитя, а въ Діеппѣ вовсе не слѣдили за ней. Позволяли молодому человѣку этому навѣщать ее и такъ далѣе. Бѣдное дитя просто погибло бы, еслибы лучшій другъ мой, мистрисъ Виллертонъ, не указала мнѣ на самое подходящее мѣсто для нея. Прекрасное мѣсто, гдѣ она будетъ пользоваться всевозможными попеченіями и уроками, пока не забудетъ эту дѣтскую фантазію. Не правда ли, какъ добра милая мистрисъ Виллертонъ?
Иногда все это говорилось въ присутствіи ея драгоцѣннаго друга, и со временемъ обѣ онѣ пришли къ убѣжденію что онѣ дѣйствительно поступили чрезвычайно благоразумно и хорошо.