-- Какимъ образомъ Блиссетъ добылъ эти бумаги?
-- Укралъ ихъ, разумѣется. Напавъ на слѣдъ, посредствомъ Бедингфильда, онъ сталъ искать дальнѣйшихъ доказательствъ и нашелъ ихъ. Разумѣется онъ надѣялся получить чрезъ нихъ денегъ отъ Джебеза или отъ Джека, или отъ владѣльца имѣнія, можетъ-быть и отъ всѣхъ трехъ вмѣстѣ. Мы еще доберемся со временемъ до всего касающагося этого дѣла.
-- Вы сейчасъ же скажете лорду Гильтону?
-- Да, я думаю.
-- Господи! Что за день! Что такое тамъ въ ящичкѣ?
-- Лишь золотая цѣпочка съ крестикомъ.
-- Лишь золотая цѣпочка! Бьюсь на тысячу фонтовъ что она дороже брилліантовой. Я не скажу ему ни слова. Отнесите ее къ лорду Гильтону и спросите узнаетъ ли онъ ее, прежде нежели скажете ему что-либо.
Они нашли графа весело разговаривавшаго о разныхъ предметахъ съ Андрью и съ Мери, присоединившеюся тоже къ нимъ. Они показали имъ цѣпочку и крестикъ, и лордъ Гильтонъ узналъ въ нихъ сейчасъ же прощальный подарокъ сдѣланный имъ женѣ своей, а Андрью ту самую вещь которую она продавала въ мальтійской лавкѣ, когда онъ нашелъ ее тамъ погибающею съ голоду.
Тутъ Чемпіонъ сообщилъ имъ постепенно, съ обычнымъ своимъ тактомъ и ясностію, великую новость. Сначала онъ лишь намекнулъ на то что ребенокъ не умеръ; затѣмъ подалъ надежду на открытіе его; наконецъ объявилъ что онъ никто иной какъ повѣса нашъ Джекъ.
-- Я полюбилъ его съ перваго взгляда! рыдая твердилъ восхищенный отецъ.-- Мы всѣ полюбили его! Когда же будетъ онъ здѣсь? Пошлите за Милли. О! когда же онъ придетъ? Еще только пять часовъ? Мери, пошли сейчасъ же человѣка въ Клементсъ-Иннъ. Онъ и вчера не былъ здѣсь, а у меня не будетъ минуты покойной пока я не увижу его. Мальчикъ мой! мальчикъ мой!