Такъ болталъ старый, ослѣпленный гусь этотъ, всѣ гусенята котораго были въ глазахъ его лебедями.
Затѣмъ онъ переходилъ обыкновенно къ разказу о воспитаніи полученномъ имъ самимъ въ домѣ Джебеза Стендринга.-- Да-съ, еслибы мнѣ давали волю, изъ меня можетъ-быть и вышло бы что-нибудь: но стоило мнѣ лишь сказать что я люблю то или другое, для того чтобы мнѣ сейчасъ же запретили это; между тѣмъ мнѣ насильно навязывали все то что я терпѣть не могъ. Если я оставлялъ за обѣдомъ на своей тарелкѣ кусокъ жира, мнѣ въ продолженіе двухъ недѣль ничего кромѣ жира не давали; если какая-либо книга занимала меня, у меня отнимали ее и т. д. все для того чтобъ я научился "порабощать свою плоть" и учился бы "самообладанію". Учился самообладанію! Я выучился вмѣсто того быть лгунишкой; когда мнѣ хотѣлось чего-нибудь, я увѣрялъ что терпѣть этого не могу и достигалъ своей цѣли. Жаль что я не догадался сказать старику Джебезу что ужасно люблю законовѣдѣніе: онъ бы навѣрное назначилъ мнѣ какое-нибудь другое занятіе.
Когда ему напоминали что законовѣдѣніе было ему добрымъ кормильцемъ, онъ отвѣчалъ:-- Да, это правда. Оно даетъ мнѣ возможность доставлять моимъ дѣтямъ молодость посчастливѣе, нежели была моя, и за это я благодаренъ ему. Но ради него самого, я ненавижу его! Я началъ ненавидѣть его потому что мнѣ насильно навязали его, а разъ начавъ, продолжаю ненавидѣть его.
Мартинъ Блексемъ могъ жить хорошо, но онъ далеко не былъ богатымъ человѣкомъ, и въ большой семьѣ его находилось много дѣла къ которому могли бы приложить руки дочери его, не будь онѣ настолько поглощены каждая своею цѣлію. Вслѣдствіе этого, всѣ домашнія заботы и хлопоты выпадали на долю жены его; и нерѣдко желала она въ душѣ чтобы "бѣдная Катерина" взялась за шитье платьицъ маленькимъ сестрамъ, вмѣсто того чтобы вязать шарфы престарѣлымъ нищимъ; или чтобъ Аделаида была такъ же искусна въ приготовленіи вареній и соленій, какъ была въ дѣланіи птичьихъ чучелъ. И потому-то истомленное заботами выраженіе прежнихъ, менѣе радостныхъ дней все не сходило съ лица ея.
Конечно не малая причина для гордости быть матерью шести геніевъ, но когда приходится чинить имъ чулки, то и это счастіе имѣетъ свои тѣневыя стороны.
Въ даровитой семьѣ этой Джекъ Гилль былъ общимъ любимцемъ. Онъ готовъ былъ на всѣ послуги для каждаго изъ членовъ ея, ѣздилъ верхомъ съ Алисой, таскалъ по деревнѣ огромные свертки фланелевыхъ юбокъ по порученію Кетъ (какъ онъ продолжалъ называть ее) и мялъ сырую глину Мабели, придавая ей надлежащую форму. Аделаида заставляла его ловить колючихъ и кусающихъ твореній всякаго рода, а Беатриса уже почти выучила его танцовать. За то онъ позволялъ себѣ дразнить ихъ всѣхъ безъ исключенія.
Мы нашли ихъ всѣхъ за завтракомъ, и при этомъ случаѣ рѣзко выступали особенности вкусовъ каждой изъ нихъ. Алиса обѣдаетъ во время завтрака, не любя позднихъ обѣдовъ. Бѣдная Катерина постится, ибо сегодня память какого-то святаго. Мабель не можетъ ничего ѣсть что не переварено, и потому блюдо чего-то развареннаго въ кашу приготовлено для нея. Аделаида строго придерживается растительной пищи, а Беатрисѣ дѣлается дурно при одномъ запахѣ пива, напитка къ которому питаетъ нѣкоторое пристрастіе мужественная сестра ея, и вслѣдствіе этого ихъ раздѣляютъ "малютки". У каждой изъ нихъ есть своя особенная ложка или вилка или стаканъ, къ которымъ остальные не смѣютъ ни подъ какимъ видомъ прикасаться. Дѣйствительно, большое счастіе для нихъ было что онѣ жили въ ладу другъ съ другомъ, да и со всѣми прочими.
-- А что, Мабель, спросилъ Джекъ, какъ скоро всѣ усѣлись по мѣстамъ,-- что подѣлываетъ ваяніе ваше, кто былъ послѣднею жертвой, а?
-- О, Джекъ, пожалусга не дразните Мабель, прервала его Аделаида, -- съ ней безъ того такое несчастіе случилось. Какой-то чужой котъ забрался прошлою ночью въ мастерскую и уронилъ на полъ ея Геркулеса, только-что великолѣпно отдѣланнаго ею. Такая гадкая тварь, право! Онъ упалъ прямо на лицо, и оно все расплюснулось у него.
-- У кого, у кота-то?