В романе и в новелле изображаются странные и страшные события, действуют фантастические существа и замогильные призраки.
В рассказах Тика выступают колдуньи и двойники (Der blonde Ekbert), из золотых кубков поднимаются призрачные женские образы (Der Pocal), сжигают на кострах ведьм (Der Hexensabbath), описывается любовь к мертвецам (Pietro von Abano).
Герои Тика охвачены обыкновенно странным беспокойством. В рассказе Der Runeberg герой покидает мир полей и нив, потому что его инстинктивно тянет к горам, в недрах которых таится волшебное золото. Отказываясь от земледельческого труда, он опускается в темные шахты, которые манят его к себе, как навязчивое представление: там, внизу, под землей, он сходит с ума, ибо вместо золота находит одни голые камни.
Этот рассказ, превосходно передающий нарастание инстинктивной тревоги, позволяет нам уяснить себе тот социальный момент, который вызвал в душе Тика страх перед таинственной и непонятной жизнью, страх, лежащий в основе его творчества. рассказ Der Runeberg изображает -- хотя только намеками, только, как настроение -- смену двух культур. Отживает патриархальный земледельческий быт, нарождается новая эпоха -- денежного хозяйства. Поднимающийся на горизонте, новый мир наполняет сердца тревогой и беспокойством и кажется уму, приверженному к старине, как уму Тика -- лживым наваждением злых, демонических сил. [23]).
Кошмарные видения заполняют собой и творчество Ахима фон Арнима.
В романе Armut, Reichtum, Schuld und Busse der Gräfin Dolores (Бедность, богатство, вина и покаяние графини Долорес) граф после долгой разлуки возвращается в свой полуразвалившийся замок, окруженный запущенным парком, и долго не может понять странного поведения жены и прислуги: только постепенно он убеждается в том, что они давно умерли, что он провел ночь среди -- призраков.
Не мешает указать, что в начале романа дается довольно яркая картина дворянского оскудения, упадка и развала старых аристократических усадеб, причем автор объясняет это обнищание дворянства главным образом "неблагодарностью" купцов, которым помещики помогли стать на ноги, и которые потом воспользовались их стесненным положением, чтобы их пустить по миру.
В повести того же Арнима Isabella von Aegypten что ни страница, то необычайное событие, страшный образ или кошмарное видение.
Карл V проводит ночь в таинственном доме, слывущем заколдованным, и, когда к нему в постель ложится прекрасная цыганка (Белла), он принимает ее за ведьму и в ужасе бежит на улицу. Белла отправляется за город, туда, где находятся виселицы, и вырывает из земли чудодейственный корень (Alraun, мандрагору), а корень под её рукой постепенно превращается в маленького человечка и страстно влюбляется в нее.
Желая отвлечь внимание странного соперника от любимой им цыганки, Карл идет к еврею-кудеснику, и тот создает из глины статую, похожую, как две капли воды, на Беллу, так что, в конце концов, и сам принц не в силах отличить настоящую от поддельной. Чтобы развеять гнетущий кошмар, он стирает со лба статуи магическую надпись, и глиняный призрак распадается в прах. В довершение всего еще появляется совершенно своеобразный лакей -- не живой, а мертвец и притом мертвец, вышедший не из могилы, а выскочивший из рассказа старухи, похожей на ведьму.