История

by Фукидид

Случилось так, что вскоре после битвы при Амфиполе и возвращения Рамфия из Фессалии ни та, ни другая из воюющих сторон не предпринимала уже никаких военных действий и обе склонялись больше к миру. Афиняне склонны были к этому, потому что, потерпев поражение при Делии и вскоре после того новое при Амфиполе, {IV. 100-101; V. 10.} потеряли уже ту уверенность в своих силах, благодаря которой они раньше отвергли предложение о мире, когда им казалось, что при тогдашней удаче они выйдут победителями. {Ср.: IV. 212-3. 41.} Они боялись также, как бы союзники, ободренные их неудачами, не отложились еще в большем числе. Ввиду всего этого афиняне раскаивались, что не заключили мира после пилосского дела, когда представлялся к тому удобный случай. С другой стороны, лакедемоняне склонялись к миру, потому что война принимала неожиданный для них оборот (они думали, что в немного лет сокрушат могущество афинян разорением их страны), а также потому, что испытали на острове {Сфактерии.} такую неудачу, какая никогда еще не постигала Спарту. Кроме того, страна их подвергалась грабежу из Пилоса и Кифер; {IV. 412. 544.} илоты перебегали к неприятелю, и лакедемоняне постоянно ждали, как бы оставшиеся на месте илоты, рассчитывая на беглецов и на сложившееся тогда положение дел, не возмутились против них снова, как прежде. {I. 1012.} К этому присоединилось и то, что заключенному с аргивянами тридцатилетнему договору истекал срок, заключать же новый аргивяне не желали, если не возвратят им Кинурии. {IV. 562; V. 412.} Лакедемонянам казалось невозможным воевать разом и с аргивянами, и с афинянами; они подозревали, что некоторые города Пелопоннеса намерены перейти на сторону аргивян, как и случилось на самом деле. {V. 29-30.} Таковы были соображения, по которым обе стороны находили, что следует заключить мирный договор. В особенности склонны были к этому лакедемоняне, так как они сильно желали вернуть граждан, бывших на острове: в числе пленных были знатнейшие спартиаты, {IV. 385.} находившиеся в родстве с равными им по положению гражданами. Вот почему лакедемоняне начали переговоры немедленно после взятия в плен этих спартиатов; но афиняне, пока счастье им благоприятствовало, ни за что не хотели кончать войну на равных условиях. {VI. 414.} Когда лакедемоняне немедленно после поражения афинян при Делии узнали, что теперь последние будут уступчивее, они заключили однолетнее перемирие, в течение которого должны происходить сношения и совещания о более продолжительном замирении. {IV. 117. 11813. 11193.} Потом, когда произошло поражение афинян и при Амфиполе, когда умерли Клеон и Брасид, лица, с той и другой стороны наиболее противодействовавшие миру, последний потому, что войною добывал себе успехи и почет, первый -- в той уверенности, что с водворением мира низости его легче обнаружатся, а клеветнические наветы его будут внушать меньше доверия, тогда в обоих государствах наиболее стали действовать в пользу мира царь лакедемонян Плистоанакт, сын Павсания, и Никий, сын Никерата, из стратегов того времени счастливейший в командовании войском. Мир предпочитали они тем более по следующим соображениям: Никий, еще не испытавший неудачи и пользовавшийся уважением, желал сохранить свое счастье до конца, теперь же почить от трудов самому и освободить от них граждан, а на будущее время сохранить славное имя как человек, не причинивший никакого ущерба государству; он полагал, что это удается при безопасности положения тому, кто меньше всего подвергнет себя испытаниям судьбы, безопасность же дается миром. Что касается Плистоанакта, то по поводу его возвращения недруги клеветали на него и всякий раз, когда лакедемоняне терпели какую-либо неудачу, ставили на вид, что случилось это вследствие противозаконного возвращения Плистоанакта. {I. 1142; II. 211. Ср.: VII. 182.} Они обвиняли его в том, что вместе со своим братом Аристоклом он уговорил дельфийскую пророчицу изрекать являвшимся в Дельфы лакедемонским феорам в течение долгого времени следующее: "Из чужой земли в свою возвратить семя полубога, Зевсова сына; иначе будут пахать серебряным плугом". Обвиняли они Плистоанакта также в том, что впоследствии он побудил лакедемонян возвратить его в Спарту, на девятнадцатом году его изгнания из Ликея, куда он бежал потому, что, казалось, отступил в свое время из Аттики вследствие подкупа, и где из страха перед лакедемонянами занимал во время своего изгнания половину того помещения, которое принадлежало святилищу Зевса; обвиняли его и в том, что при возвращении его участвовали хоры и совершались те жертвы, с какими при первом основании Лакедемона лакедемоняне ставили царей. Плистоанакт, тяготясь этой клеветой и полагая, что станет неуязвим для своих врагов в мирное время, когда никаких неудач не будет и когда вместе с тем лакедемоняне получат обратно своих сограждан, {Из Сфактерии.} между тем как во время войны всегда выдающиеся люди по поводу неудач неизбежно подвергаются клевете, очень стремился к заключению соглашения. В эту же зимнюю кампанию воюющие стороны вступили в переговоры, и уже к весне лакедемоняне с целью угрозы разослали по государствам приказ готовиться к возведению укреплений, {В Аттике.} чтобы сделать афинян более сговорчивыми. Во время совещаний обе стороны взаимно предъявили многочисленные притязания, но затем согласились заключить мир на условии, что каждая сторона возвратит то, что приобретено во время войны, афиняне же Нисею удержат за собою {IV. 69.} (на требования афинян возвратить Платею фивяне отвечали, что они не силою овладели городом и не вследствие измены, но что жители его присоединились к ним по соглашению; {Ср.: III. 522.} в силу того же, указывали фивяне, афиняне удерживают Нисею). После этого лакедемоняне созвали своих союзников, и так как все они, за исключением беотян, коринфян, элеян и мегарян, которым условия договора не нравились, подали голоса за прекращение войны, то лакедемоняне вступили в соглашение с афинянами, заключили с ними, а афиняне с лакедемонянами следующий клятвенно утвержденный договор.

"Договор заключили афиняне и лакедемоняне со своими союзниками на следующих условиях и принесли клятвы от каждого государства. Что касается общих святынь, то всякому желающему можно, по заветам отцов, приносить жертвы, вопрошать оракулов, отправлять феории сушею и морем безопасно. Святыне и храму Аполлона в Дельфах и дельфийцам, им самим и их земле, быть независимыми, {От фокидян: I. 123.} свободными от податей, решать дела собственным судом по заветам отцов. Договору существовать пятьдесят лет между афинянами с союзниками афинян и лакедемонянами с союзниками лакедемонян без коварства и ущерба на суше и на море. Да не дозволено будет лакедемонянам и их союзникам браться за оружие с целью нанесения вреда афинянам и их союзникам, ни афинянам и их союзникам для нанесения вреда лакедемонянам с их союзниками какими бы то ни было способами. Если между договаривающимися сторонами возникнет какая-либо распря, они обязаны решать ее судом и клятвами согласно условиям, какие будут приняты. Лакедемоняне и их союзники должны возвратить афинянам Амфиполь. Во всех городах, какие возвратили лакедемоняне афинянам, пусть дозволено будет каждому уходить со своим достоянием, куда угодно. Городам, вносящим форос, установленный при Аристиде, быть автономными. {Ср.: I. 962.} Да не дозволено будет, по заключении договора, ни афинянам, ни их союзникам браться за оружие во зло городам, если они уплачивают форос. Города эти: Аргил, Стагир, Аканф, Стол, Олинф, Спартол. {IV. 1033. 882. 881; I. 582; II. 792.} Они не должны быть союзниками ни тех, ни других, ни лакедемонян, ни афинян; если афиняне склонят города к союзу, то да будет дозволено им, если пожелают, вступить в союз с афинянами. Мекибернянам, санеям, {IV. 1903.} сингиям жить в своих городах, равно как олинфянам и аканфянам. Лакедемоняне и союзники должны возвратить афинянам Панакт; {V. 35.} афиняне должны вернуть лакедемонянам Корифасий, {IV. 32.} Киферы, {IV. 531.} Мефаны, {IV. 452.} Птелей, Аталанту {II. 32.} и всех лакедемонских граждан, какие содержатся в афинской темнице или заключены в какой-либо другой части афинских владений; афиняне должны отпустить также осаждаемых в Скионе пелопоннесцев и прочих лакедемонских союзников, какие находятся в Скионе и каких послал туда Брасид, {IV. 1201. 1234. 1311. 1334.} равно всех лакедемонских союзников, какие содержатся в афинской темнице или заключены в какой-либо другой части афинских владений. Также лакедемоняне и их союзники должны возвратить всех афинян и их союзников, каких у себя имеют. Касательно скионян, торонян, {IV. 1101.} сермилиев {I. 652.} и жителей всякого другого города, находящегося в афинской власти, афинянам предоставляется обсудить участь их и прочих городов, как они решат. Афиняне обязуются дать клятвы лакедемонянам и их союзникам 9 в каждом городе отдельно. Обе стороны в лице семнадцати человек от каждого государства пусть дадут клятву, какая в нем считается величайшей. Клятва должна гласить так: "Я пребуду в этих условиях и договоре по справедливости и без обмана". {Ср.: V. 478.} Такую же клятву должны дать лакедемоняне и их союзники афинянам. Обеим сторонам возобновлять клятву ежегодно. Стелы поставить в Олимпии, в Пифоне, на Истме, в Афинах на акрополе, в Лакедемоне в Амиклеоне. Если какая из сторон в чем-либо в каком-либо пункте делает упущение, предоставляется тем и другим, афинянам и лакедемонянам, в согласии с клятвенным договором, после справедливых переговоров внести такие изменения, какие решат обе стороны".

"Договор начинается при эфоре Плистоле за четыре дня до окончания месяца Артемисия, в Афинах же при архонте Алкее за шесть дней до окончания месяца элафеболиона. Давали клятвы и заключали договор следующие лица: из лакедемонян -- Плистоанакт, Агид, Плистол, Дамагет, Хионид, Метаген, Аканф, Диаф, Исхагор, Филохарид, Зевксид, Антипп, Теллид, Алкинад, Эмпедий, Менас, Лафил; из афинян -- Лампон, Истмионик, Никий, Лахет, Евфидем, Прокл, Пифодор, Гагнон, Миртил, Фрасикл, Феаген, Аристократ, Иолкий, Тимократ, Леонт, Ламах, Демосфен".

Этот договор состоялся в конце зимней кампании, к началу весны (421 г.), тотчас после городских Дионисий, по прошествии полных десяти лет и нескольких дней со времени первого вторжения в Аттику и начала этой войны. {II. 1.} Вернее исследовать события по периодам времени, не отдавая предпочтения перечислению имен лиц должностных или иных, облеченных теми или иными почетными должностями в каждом государстве, по которым обозначаются прошлые события. Такое исчисление неточно, так как то или иное событие имело место в начале, в середине или в какой-нибудь другой срок службы такого лица. Напротив, ведя счет по летним и зимним кампаниям, как это сделано у меня, и считая каждую из этих кампаний за половину года, можно установить десять летних и столько же зимних кампаний в этой первой войне. {Так называемой Архидамовой.}

Так как, по жребию, лакедемонянам выпало на долю первыми возвратить свои приобретения, то они тотчас отпустили содержащихся у них пленных и отправили на Фракийское побережье посольство, состоявшее из Исхагора, Менаса и Филохарида, с приказанием Клеариду {V. 113.} передать Амфиполь афинянам, а остальным фракиянам принять договор, согласно установленным для каждого города условиям. Но фракийские города не желали этого, считая договор для себя неприемлемым. Клеарид также, в угоду халкидянам, не отдал Амфиполя, говоря, что против их воли он не мог бы его возвратить. Сам Клеарид с послами поспешно прибыл оттуда в Лакедемон с целью оправдаться, если бы Исхагор и его товарищи стали обвинять его в ослушании. Вместе с тем он желал узнать, нельзя ли еще изменить соглашение. {По отношению к фракийским городам.} Увидев, что лакедемоняне связаны договором, Клеарид один отправился поспешно в обратный путь: лакедемоняне посылали его теперь с решительным приказанием возвратить город, в противном случае вывести из него всех находящихся там пелопоннесцев.

Так как союзники находились еще в Лакедемоне, то тем из них, которые не приняли договора, лакедемоняне велели признать его. Но на таких же основаниях, на каких отвергали союзники договор сначала, они отказались принять его и теперь, если в договоре не будет иных, более справедливых условий. Так как союзники не подчинялись лакедемонянам, то последние отпустили их и решили одни заключить союз с афинянами, полагая, что аргивяне, не пожелавшие по прибытии к ним Ампелида и Лихаса возобновить договор с лакедемонянами, им нисколько не страшны и что, наверное, остальной Пелопоннес остается в покое. Итак, во время пребывания афинских послов в Лакедемоне лакедемоняне, после переговоров, пришли к соглашению с ними и заключили следующий, подтвержденный клятвами, союз.

"На следующих условиях афиняне и лакедемоняне будут союзниками в течение пятидесяти лет: если кто-либо пойдет врагами на землю лакедемонян и будет творить зло лакедемонянам, афиняне обязуются помогать лакедемонянам всяческим способом по мере сил и возможности. Если, по опустошении страны, враг удалится, город его считается неприятельским для лакедемонян и для афинян, несет наказание от тех и других, и мир с ним заключается обоими государствами купно. Это должно соблюдаться справедливо, ревностно, без обмана. Если кто-либо пойдет врагами на землю афинян и будет творить зло афинянам, лакедемоняне обязуются помогать афинянам всяческим способом по мере сил и возможности. Если по опустошении страны враг удалится, город его считается неприятельским для лакедемонян и для афинян, несет наказание от тех и других, и мир с ним заключается обоими государствами купно. Это должно соблюдаться справедливо, ревностно, без обмана. Если восстанут рабы, афиняне обязуются помогать лакедемонянам всеми силами по мере возможности. Обязательства эти утверждают с обеих сторон клятвами те самые лица, которые клятвенно утверждали и другой договор. Возобновляется договор ежегодно, для чего лакедемоняне являются в Афины на Дионисии, {V. 201.} а афиняне -- в Лакедемон на Гиакинфии. Те и другие ставят стелы, одну в Лакедемоне у Аполлона в Амиклеоне, {1810.} другую в Афинах на акрополе у Афины. Если лакедемоняне и афиняне решат прибавить к союзному договору или изъять из него что бы то ни было, обоим предоставляется это в согласии с клятвою".

"Клятвы давали со стороны лакедемонян следующие лица: {V. 192.} Плистоанакт, Агид, Плистол, Дамагет, Хионид, Метаген, Аканф, Диаф, Исхагор, Филохарид, Зевксид, Антипп, Алкинад, Теллид, Эмпедий, Менас, Лафил. Со стороны афинян: Лампон, Истмионик, Лахет, Никий, Евфидем, Прокл, Пифодор, Гагнон, Миртил, Фрасикл, Феаген, Аристократ, Иолкий, Тимократ, Леонт, Ламах, Демосфен".

Союз этот состоялся немного спустя по заключении мира. Афиняне возвратили лакедемонянам пленных с острова, {Ср.: V. 151.} и началась летняя кампания одиннадцатого года войны. Описание первой войны, непрерывно веденной в течение этих десяти лет, закончено.

По заключении мирного договора и союза между лакедемонянами и афинянами, состоявшихся после десятилетней войны при эфоре Плистоле в Лакедемоне, архонте Алкее в Афинах, мир водворился между народами, принявшими договор и союз. Но Коринф и некоторые пелопоннесские государства стали расшатывать достигнутые результаты, и тотчас началось новое брожение в отношениях союзников к Лакедемону. Кроме того, с течением времени афиняне стали подозрительно относиться к лакедемонянам, так как последние кое в чем не исполнили постановлений договора. В течение шести лет и десяти месяцев стороны воздерживались от походов в земли друг друга, но за пределами своих земель они среди ненадежного замирения причиняли друг другу очень большой вред. Потом, будучи вынуждены разорвать договор, заключенный после десяти лет войны, стороны снова вступили в открытую борьбу. Тот же Фукидид-афинянин описал и эти события в том порядке, как совершались они, по летним и зимним кампаниям, до тех пор, пока лакедемоняне и их союзники не положили конец владычеству афинян и не овладели длинными стенами и Пиреем. До этого момента война длилась в общей сложности двадцать семь лет. Если кто-либо не будет считать за войну состоявшееся в промежутке ее примирение, тот будет судить неверно. Если судить о времени примирения по тем фактам, которые отличают его от времени более раннего и более позднего, то окажется, не следует считать его мирным временем: не все, определенное договором, было возвращено и получено; сверх того с обеих сторон происходили нарушения договора в Мантийской и Эпидаврской войнах {V. 33 сл., 53 сл.} и в других предприятиях; да и союзники Фракийского побережья были не менее, чем прежде, враждебно настроены к афинянам, а беотяне соблюдали перемирие, которое должно было возобновляться каждые десять дней. {V. 325.} Таким образом, производя счет по зимним и летним кампаниям, каждый найдет указанное число лет с несколькими днями, если к первой десятилетней войне прибавить подозрительное замирение после нее и следовавшую за тем войну. Для людей, опиравшихся на предсказания оракулов, только один этот счет и оправдался. Я помню, все время от начала войны и до конца многие указывали, что война должна продлиться трижды девять лет. Я пережил всю войну, благодаря своему возрасту понимал ее и внимательно наблюдал с тем, чтобы узнать в точности отдельные события. К тому же случилось так, что в течение двадцати лет после моей стратегии под Амфиполем я был в изгнании, стоял близко к делам той и другой воюющих сторон, преимущественно вследствие моего изгнания, к делам пелопоннесцев, и на досуге имел больше возможности разузнать те или иные события. Итак, я изложу наступившие после десяти лет {Войны.} распри, нарушения мирного договора и последовавшие затем военные события.