Онъ стремительно ушелъ изъ комнаты.
-- Боже мой! что онъ говоритъ? шептала бѣдная Клара: -- онъ убилъ меня! и она упала лицомъ на грудь своей умершей подруги.
IX.
Mademoiselle Тереза.
Въ два часа, по обыкновенію, все семейство Эриксеновъ собралось въ залѣ къ завтраку. Но вотъ прошло ужь полчаса, а никто еще и не дотрогивался до своей чашки кофе -- такъ важенъ и прискорбенъ былъ разговоръ, начатый хозяйкою дома, которая съ тяжелымъ чувствомъ постукивала по столу своими костлявыми пальцами. Отецъ Артура сидѣлъ съ унылымъ и недоумѣвающимъ лицомъ. Старшій братъ Артура, Эдуардъ, и Маріанна, его сестра, глядѣли столь же угрюмо. Только Альфонсъ, зять г-жи Эриксенъ, мужъ Маріанны, съ важнымъ и рѣшительнымъ видомъ прохаживался по комнатѣ, самодовольно заложивъ руки на спину.
-- Да, говорилъ онъ: -- бракоразводныя дѣла всегда бросаютъ на фамилію невыгодный свѣтъ; потому-то я и совѣтовалъ бы употребить всѣ средства для избѣжанія скандала. Надобно объяснить твоей женѣ, Эдуардъ, что она подвергаетъ и себя сплетнямъ, прося развода.
-- Наше имя всегда было чисто отъ малѣйшаго упрека въ-отношеніи нравственныхъ приличій, прибавила г-жа Эриксенъ, обращаясь къ сыну:-- не-уже-ли твоя жена не согласится оставить свое намѣреніе? Ты подвергаешь наше семейство злымъ сплетнямъ, Эдуардъ.
-- Нѣкоторые члены моего семейства также должны были бы держать себя строже и приличнѣе, продолжалъ зять, назидательно взглянувъ на жену, которой при всякомъ случаѣ читалъ нравоученія: -- условія приличій должны быть соблюдаемы, даже и въ танцахъ; напримѣръ, не должно танцовать двѣ кадрили съ однимъ и тѣмъ же кавалеромъ, какъ это было недавно.-- Почти то же долженъ я повторить и объ Артурѣ: вы, матушка, хотѣли, чтобъ я началъ разговоръ о его поступкахъ; иначе, разумѣется, я не сталъ бы касаться столь непріятнаго предмета.
-- О, я покажу ему, какъ долженъ вести себя мой сынъ!-- проговорилъ отецъ, находившійся подъ вліяніемъ грозныхъ правилъ, проповѣдуемыхъ его женою и зятемъ: -- жениться на какой-то танцоркѣ! Да скажите же мнѣ, какъ ея фамилія?
-- Фи, мой другъ! ты рѣшительно не понимаешь приличій, величественно проговорила мать: -- не-уже-ли я позволю произносить въ своемъ присутствіи имя подобной дѣвушки! Артуръ не сынъ мнѣ, если обезчеститъ себя поступкомъ, о которомъ вы говорите. Но я не допущу этого. И она диктаторски посмотрѣла на мужа.