Живописецъ взялъ ея руку и надѣлъ на дрожащій палецъ перстень. Она думала: "какъ холоденъ, какъ тяжелъ былъ этотъ перстень". Она, въ смущеніи, открыла глаза -- Боже мой, на рукѣ ея не перстень, а простое, гладкое золотое кольцо безъ всякихъ украшеній... Что это значитъ? Съ изумленіемъ взглянулъ на Артура и старикъ Штайгеръ; Клара почувствовала, что голова ея кружится; она должна была опереться рукою о столъ.
Артуръ также былъ блѣденъ и взволнованъ.
-- Вы спрашиваете: что это значитъ? проговорилъ онъ:-- это значитъ, что я безпредѣльно люблю Клару и никто, кромѣ Клары, не будетъ моей женою!
Этимъ хотѣли бы мы кончить главу; но должно прибавить, что старикъ Штайгеръ, несмотря на всю свою радость, сказалъ, покачивая головою, что очень-трудно будетъ Артуру получить отъ своихъ родителей согласіе на этотъ бракъ. Но его сомнѣнія были заглушены радостью молодыхъ людей, которые теперь могли громко говорить о своей любви.
VII.
Ночной гость.
Легко представить себѣ, въ какомъ радостномъ, восторженномъ состояніи духа шелъ домой Артуръ. Онъ не замѣчалъ ни вѣтра, который довольно-сильно дулъ ему въ лицо, ни дождя, который несло на него этимъ вѣтромъ. Голова его такъ горѣла, что онъ снялъ шляпу, чтобъ нѣсколько прохладить ее. "Милый, милый Артуръ!" звучалъ въ ушахъ его голосъ Клары... Счастливецъ подходилъ уже къ двери своего дома, вынулъ ключъ и, поднявъ глаза, чтобъ отъискать замокъ, увидѣлъ человѣка, стоявшаго прислонясь спиною къ столбу фонаря, который былъ въ двухъ шагахъ отъ крыльца. Человѣкъ этотъ, повидимому, чего-то дожидался, и когда Артуръ посмотрѣлъ на него, хотѣлъ спрятаться за столбъ. Но было уже поздно.
-- Кто это? И что ему нужно? громко спросилъ Артуръ, подвигаясь къ фонарю.
-- Это я, г. Эриксенъ. Вы не узнаете меня? отвѣчалъ человѣкъ, стоявшій у фонаря, также дѣлая шагъ впередъ и выходя на свѣтъ.
-- Боже мой! это вы, г. Бейль? Какими судьбами я встрѣчаю васъ здѣсь?