Я выбралъ уголъ залы, гдѣ было поменьше толкотни, умѣстился на спокойномъ креслѣ и началъ любоваться добровольными сумасшеств іями, такъ назвалъ кто-то наши общественные танцы. Однакожь, эти наблюденія скоро мнѣ наскучили: одни и тѣ же пріемы, одни и тѣ же условныя движенія, ничего свободно-граціознаго или искренно-веселаго; я схватилъ Диночку, которая бѣжала куда-то, живая, рѣзвая, хорошенькая какъ Амуръ, посадилъ ее къ себѣ на колѣни и началъ болтать съ ней всякій вздоръ. Черезъ полчаса, подошла къ намъ Анна Дмитріевна.
-- Полноте болтать съ моей дочерью, господинъ философъ! Я хочу, чтобъ у меня всѣ прыгали.
Она схватила меня за руку и потащила на противоположный конецъ комнаты.
-- Вотъ вамъ дама, гувернантка Зиночки. Лида, прошу танцовать съ этимъ кавалеромъ.
Я чуть не вскрикнулъ отъ радости узнавъ въ Лидѣ мою незнакомку. Онъ также завѣтно встревожилась и тотчасъ подала мнѣ руку.
-- Ну, что жь вы стоите, какъ вкопаный? продолжала Анна Дмитріевна.-- Ритурнель ужь съиграли. Извольте искать себѣ vîs-à-vîs.
-- Мнѣ кажется... началъ я, смотря на Лиду. Но Лида поспѣшно пожала мнѣ руку, приглашая къ молчанію.
-- Что вамъ кажется? спросила Анна Дмитріевна.
-- Мнѣ кажется, что я... забылъ фигуры.
-- Вздоръ какой! Лида вамъ покажетъ. Ступайте.