Весёло слово и веселый пожар
-- Вот тридцать тысяч. Значит, на двадцать хозяев -- по полторы тыщи на нос. Вот вам и Бог, и пустяшина. Да, по-моему, с дураками и Богу невесело... Дураку тридцать пудов, а умному тысяча пятьсот.
-- Не знаю, -- неуверенно ухмыляется Чепа, -- бирывал я и клеверу, а выросли поди-тко три клеверинки, а больше какая-то стерва колючая.
-- С Богом-то оно и лутше.
-- А трава у тебя не лутше...
-- А дай-ко бы по-настоящему свет-то да машины, оно бы во сто раз и скорее, и пользы в тысячу раз больше. Вот, вместо тридцати пудов, да в лугах у дому, да в полях, значит, где одна корова, было бы двадцать, да што и другое прибавилось бы, да этак по всей вотчине...
-- А и верно, братцы, жисть-то, она, што ни день, конем заиграла бы...
-- Тут и голопупые не ходили бы, да при таком деле, чем тратиться на глупой работе, все гуляючи сделал бы, и около дому порядок завел бы каждый -- и садик, и пчельник, и все... И книгу полезную, разумную почитал бы, на все время хватило бы...
-- И не трепало бы этак, как мёленку, верно...
-- А все от чево? Вот и нищета, и темнота от глупой работы да от бездорожья. Одуреет человек на негодной шабуре, ну, и блазнит ему всякое по эким дорогам.