Она заткнула уши и откинулась въ изнеможеніи на спинку кресла.
Беатриса глядѣла на нее, и сердце ея обливалось кровью. Такая внутренняя борьба, очевидно, не по силамъ болѣзненной, худенькой, слабенькой дѣвушкѣ! Она съ каждымъ днемъ таяла и чахла...
Въ эту минуту дверь отворилась и служанка доложила:
-- Синьоръ Вивальди!
Эвелина поспѣшно подхватила свою шляпку, упавшую на полъ, и убѣжала къ себѣ, раньше чѣмъ Гуго вошелъ въ комнату.
Онъ самъ былъ въ такомъ волненіи, что не замѣтилъ разстроеннаго вида Беатрисы.
-- Синьорина, я пришелъ проститься съ вами,-- отрывисто заявилъ онъ,-- черезъ нѣсколько часовъ я уѣзжаю изъ Рима.
-- Что нибудь случилось?-- упавшимъ голосомъ спросила Беатриса.
-- Да. Я поссорился съ Гвидотти.
-- Ваша дружба послѣ того событія и не могла продолжаться. Пока онъ былъ боленъ и нуждался въ васъ,-- дѣло другое. Но теперь ему, понятно, неловко встрѣчаться съ вами.