-- И что же, васъ по головкѣ погладили, когда застали тамъ?-- смѣясь, спросила Беатриса,
-- Не пришлось: я быстро закрылъ полотно; спряталъ краски и стушевался за спасительную группу. Въ законный часъ незамѣтно выскользнулъ изъ засады. Молодость опрометчива и безразсудна, но что можетъ быть лучше ея?
По тону его казалось, что его молодость давнымъ давно среднихъ лѣтъ, осталась позади, а говорилъ эти слова высокій флорентинецъ со смуглымъ добродушнымъ лицомъ;и рѣзкими ухватками.
-- Не всѣ же юноши опрометчивы и безразсудны!-- замѣтила Беатриса, выходя изъ галлереи. Они вышли изъ-подъ арки Уфицци и направились вдоль рѣки, медленно катившей свои зеленоватыя волны.-- Инымъ даны и молодость, и талантъ, и пылкости они не проявляютъ ни малѣйшей. Живой примѣръ: Гвидо!
-- Вы полагаете, что Гвидо не пылокъ, не способенъ увлекаться? Да что вы, синьорина?! Онъ влюбленъ въ искусство, оно приноситъ ему наслажденіе, удовлетворяетъ его! Куда намъ, грѣшнымъ, равняться съ нимъ! Ему нипочемъ препятствія, заставляющія насъ переживать не одну мучительную минуту, и онъ побѣдоносно шествуетъ по тому пути, по которому намъ приходится подвигаться впередъ черепашьимъ шагомъ!
-- Талантъ у Гвидо громадный -- этого я не отрицаю.
-- Онъ геній!-- съ жаромъ воскликнулъ Вивальди.
-- Надо-ли удивляться, что птица летаетъ?-- пожала плечами Беатриса:-- такъ и Гвидо. Ему ничего не стоитъ писать. Положимъ, онъ любитъ свое искусство (вѣдь и бабочка любитъ порхать!), имъ живетъ, на него радуется... Но пылкимъ энтузіастомъ его назвать нельзя. Чѣмъ пожертвовалъ Гвидо для искусства? Пожертвовалъ-ли хоть разъ ужиномъ, весельемъ, кутежомъ съ товарищами, минутою сна на удобной постели, чтобы нѣсколько лишнихъ часовъ посвятить работѣ?
-- Вы несправедливы къ Гвидо.
-- Только не къ его таланту, увѣряю васъ. Но вы слишкомъ носитесь съ нимъ, точно мать съ первенцомъ. Вамъ мало его дарованія и тѣхъ качествъ, которыми надѣлила его природа; вы хотите видѣть въ немъ совершенство, да и другимъ хотите навязать ваши иллюзіи. Но совершенства на свѣтѣ нѣтъ и быть не можетъ. Опять таки, подобно пристрастной матери, вы слишкомъ много берете на себя. Вы при мнѣ не разъ журили Гвидо за различныя провинности, но если бъ я позволила себѣ найти его въ чемъ-либо виноватымъ, вы тотчасъ бы на меня накинулись, упрекая въ несправедливости.