Отправиться из Нарвы в Ревель не так-то просто. Вы должны пройти через целый ряд различных препятствий. Прежде всего вы должны раздеться донага и отдать свое платье и белье для дезинфекции. Если вы отдадите в "дезинфекцию" кожаные предметы, например, ботинки и бумажник, то они после дезинфекционного процесса совершенно погибнут, и вы окажетесь в отчаянном положении.
Один несчастный положил в свой узелок ботинки и бумажник, наполненный романовскими пятисотрублевками, которые он, обворовывая Россию, копил в течение двух лет. Пройдя сквозь огненный строй дезинфекционного аппарата, бумажник превратился в зажаренную, сплавленную груду кожи и листов бумаги, размяв которые, вы получаете кусок пепла. Что же касается ботинок, то они представляют из себя после дезинфекции совершенную загадку. Каких-то два таинственных узла из твердой кожаной массы лежат перед несчастным, держащим в одной руке то, что пятнадцать минут тому назад было бумажником и имуществом, и тупо смотрящим на свои бывшие ботинки.
В конце концов, его, босого, уводят в канцелярию международного красного креста, где он получает пятьдесят немецких марок и огромные сапоги.
В это время другие купались в грязной холодной воде так называемых "бань", и надсмотрщики тузили покушавшихся на зеленое мыло.
Наконец мы, вымытые и продезинфицированные, выстраиваемся у канцелярии международного красного креста, и с нами начинают проделывать новые операции. Представитель эстонских властей по списку начинает проверять, кто из нас вечером поедет в Ревель. Венгерские, румынские, чешские фамилии для него являются неразрешимой загадкой, и он никак не может их произнести. В связи с этим происходят массовые недоразумения. Он, например, кричит: "Езеф Нефех!" Мы его ищем. Никто не отвечает. Его ищут среди турок, румын, и никому не приходит в голову, что это "Иосиф Новак", который ожидает в группе чехов, чтобы крикнуть: "Здесь!"
Возможно, что этот Иосиф Новак до сих пор еще ожидает в Нарве, когда выкрикнут его имя.
Затем разгорается борьба за консервы, которые раздают по одной коробке на два человека. Делается это все без всякого порядка, и принцип альтуризма где-то в развалинах льет горькие слезы. Напрасно ищут того, кто получил коробку в компании с другим. Этот последний в отчаянии снова становится в очередь в надежде, что ему все-таки удастся вырвать целую коробку. Наконец склады закрываются, и несчастный заведующий складом вместе с экспедитором пытаются разрешить тяжелую математическую задачу.
Сегодня уезжает семьсот двадцать шесть пленных. Одна коробка консервов на двух человек -- триста шестьдесят три коробки, а выдали пятьсот шестнадцать (С уважением посвящаю это неизвестное уравнение союзу математиков и министру финансов.)
То же самое и с подарками американского красного креста. Симпатичная молодая женщина опрашивает посетителей, которые недавно в бараках посбрасывали рубахи и в голом виде, молча, знаками объясняют, что у них нет рубашек.
Один из просителей пытается знаками объяснить молодой даме, что у него действительно нет кальсон...