Къ-счастью, мы смѣло могли сказать, что были не нужны мистрисъ Медликоттъ; когда я и Мери однѣ сидѣли въ каретѣ, мы шопотомъ сообщили другъ другу, что миледи, вѣроятно, вошла въ хижину Джона Грегсена; и такъ-какъ намъ было очень-интересно знать конецъ всей этой исторіи, то мы отвѣтили, что не чувствовали ни малѣйшей усталости. Такимъ-образомъ мы всѣ поѣхали въ Гетевэ. Мистеръ Герри Латомъ былъ человѣкъ холостой, лѣтъ тридцати или тридцати-пяти; находясь въ своемъ имѣніи, онъ больше жилъ въ полѣ, нежели въ комнатахъ, и болѣе любилъ проводить время съ охотниками, нежели съ дамами.
Миледи, конечно, не вышла изъ кареты: мистеръ Латомъ обязанъ былъ сойти къ ней. Она приказала управляющему (въ немъ съ перваго взгляда можно было узнать смотрителя за дичью; онъ вовсе не походилъ на нашего напудреннаго, почтеннаго и изящнаго джентльмена въ Генбёри), передать господину ея привѣтствіе и сообщить ему, что она желала бы переговорить съ нимъ. Вы можете себѣ вообразить нашу радость, когда мы узнали, что услышимъ все, о чемъ будутъ говорить; но послѣ мы нѣсколько сожалѣли объ этомъ, замѣтивъ, что наше присутствіе смутило эсквайра, который, повидимому, очень-неохотно отвѣчалъ бы на вопросы миледи даже и въ такомъ случаѣ, еслибъ не было тутъ двухъ любопытныхъ дѣвушекъ.
-- Скажите, пожалуйста, мистеръ Латомъ, начала миледи, противъ своего обыкновенія, отрывисто (всѣ ея мысли были сосредоточены на одномъ предметѣ): -- что это за исторія, которую я слышала о Джобѣ Грегсенѣ?
Этотъ вопросъ, казалось, разсердилъ и привелъ въ замѣшательство мистера Латома, но онъ не смѣлъ обнаружить того въ словахъ.
-- Я отдалъ повелѣніе объ арестованіи его за воровство -- вотъ и все, миледи. Вамъ, безъ всякаго сомнѣнія, извѣстенъ его образъ жизни; этотъ человѣкъ ставитъ сѣти и силки по всѣмъ лѣсамъ и ловитъ рыбу, гдѣ ему вздумается. Отъ охоты на чужой землѣ до воровства только одинъ шагъ.
-- Совершенно-справедливо, возразила леди Ледлоу, на которую охота на чужихъ земляхъ по этой самой причинѣ наводила ужасъ: -- но я думаю, вамъ не слѣдуетъ заключать въ тюрьму человѣка за его дурной характеръ.
-- Мошенника и бродягу, сказалъ мистеръ Латомъ: -- можно отправить въ тюрьму и не за какой-нибудь особенный проступокъ, а вообще за его образъ жизни.
Превосходство, казалось, было съ-минуту на его сторонѣ; но миледи тотчасъ же возразила:
-- Но въ этомъ особенномъ случаѣ вы заключили его въ тюрьму, обвинивъ его въ воровствѣ; между-тѣмъ у него, какъ говорила мнѣ его жена, есть доказательства на то, что онъ въ тотъ день все послѣ-обѣда былъ въ нѣсколькихъ миляхъ отъ Гольшвуда, гдѣ случилось воровство; она говорила, что эти доказательства въ вашихъ рукахъ...
-- Я не имѣлъ этихъ доказательствъ въ то время, когда отдалъ приказаніе, сказалъ мистеръ Лагомъ съ нѣкоторою досадою, прерывая миледи.-- Я не отвѣчаю за рѣшеніе другихъ судей, если у нихъ были болѣе-ясныя доказательства въ невинности этого человѣка. Вѣдь они приговорили его къ заключенію въ тюрьму: я за это не отвѣчаю.