-- Герри Грегсенъ! черноглазый мальчикъ, который прочелъ письмо! Вотъ, все это происходитъ отъ излишняго ученія!
XI.
Но я не понимаю, какимъ образомъ миледи могла думать, что излишнее ученіе было виновно въ несчастіи Герри Грегсена; мальчикъ сломалъ ногу при слѣдующихъ обстоятельствахъ:
Мистеръ Горнеръ, здоровье котораго стало замѣтно упадать послѣ смерти жены, очень привязался къ Герри Грегсену. Мистеръ Горнеръ обращался со всѣми холодно и, когда находился въ своемъ лучшемъ расположеніи духа, говорилъ только то, что было необходимо. Въ послѣднее время, нѣкоторыя обстоятельства сильно огорчали его. Онъ имѣлъ нѣкоторыя основанія тревожиться на счетъ положенія дѣлъ миледи (о чемъ я, впрочемъ, не знала); потомъ, онъ былъ очень огорченъ ея капризомъ (такъ онъ выразился однажды нечаянно), который состоялъ въ томъ, что она дала ему въ писцы миссъ Галиндо. Не смотря на то, онъ всегда дружески, хотя и но своему обыкновенію холодно. обращался съ миссъ Галиндо, а послѣдняя предавалась новому занятію съ необыкновенными прилежаніемъ и точностію; только иногда она жаловалась мнѣ на заказы, которыя получала и которыя не имѣла возможности выполнить, потому что занималась у леди Ледлоу.
Изъ всѣхъ живыхъ существъ холодный мистеръ Горнеръ, можно сказать, былъ привязанъ къ одному только Герри Грегсену. Въ отношеніи къ миледи, онъ былъ вѣрный и ревностный слуга, усердно заботившійся о ея интересахъ и не щадившій труда для увеличенія доходовъ. Но такъ-какъ мистеръ Горнеръ былъ человѣкъ проницательный и ловкій, то онъ часто бывалъ не доволенъ странными мнѣніями миледи, на которыхъ послѣдняя настаивала упрямо, хотя спокойно и вѣжливо, и на которыя не имѣли ни малѣйшаго дѣйствія доказательства, основывавшіяся только на дѣловыхъ соображеніяхъ. Хотя это безпрестанное противодѣйствіе видамъ мистера Горнера и не уничтожало искренняго уваженія, которое питали другъ къ другу миледи и ея управляющій, тѣмъ не менѣе оно не допускало, чтобъ въ отношенія обоихъ проникло болѣе теплое чувство расположеніи. Какъ ни странно это обстоятельство, но я должна повторить, что единственнымъ существомъ, къ которому мистеръ Горнеръ, шилѣ смерти своей жены, по-видимому питалъ любовь, былъ мальчикъ Герри Грегсенъ, имѣвшій большіе живые глаза, взъерошенные волосы, падавшіе на самые глаза, и съ перваго взгляда очень походившій на собаку изъ породы таксъ. Мальчикъ, въ половину цыганенокъ, и настоящій браконьеръ, какимъ считали его многіе, питалъ къ молчаливому, уважаемому и холодному мистеру Горнеру теплую привязанность собаки, на которую походилъ, и сопровождалъ его всюду. Я полагаю, что эти признаки привязанности со стороны Герри Грегсена расположили мистера Горнера въ пользу мальчика. На первыхъ порахъ, управляющій обратилъ вниманіе на мальчика, какъ на лучшее орудіе для исполненія своей цѣли; очень, можетъ быть, что еслибъ Герри не былъ почти такъ же хитеръ, какъ мистеръ Горнеръ самъ, и по природѣ своей и по опыту, управляющій не взялъ бы его къ себѣ, хотя бы мальчикъ обнаруживалъ такую-же привязанность къ нему.
Но мистеръ Горнеръ былъ молчаливъ даже и съ Герри. Ему, однакожь, было пріятно видѣть, что мальчикъ понималъ его во многомъ очень-скоро, что его маленькій ученикъ тотчасъ-же схватывалъ свѣдѣнія, которыя онъ сообщалъ ему, и берегъ ихъ какъ золото; ему было пріятно видѣть, что около него было существо ненавидѣвшее людей и вещи, которыхъ особенно не любилъ мистеръ Горнеръ, и почитавшее и уважавшее все то, что уважалъ онъ. У мистера Горнера никогда не было дѣтей, и у него безсознательно стала развиваться отеческая любовь къ Герри Грегсену. Изъ разговора людей, который мнѣ удалось слышать нѣсколько разъ, я могла догадываться, что мистеръ Горнеръ тайно и почти безсознательно надѣялся воспитать Герри Грегсена такъ, чтобъ онъ сначала былъ писцомъ, потомъ его помощникомъ, а наконецъ и его преемникомъ въ управленіи помѣстьями Генбёри.
Немилость миледи, которую навлекъ на себя Герри за то, что прочелъ письмо, была для мистера Горнера сильнымъ ударомъ, хотя но его ровному и холодному обращенію никто но могъ предполагать это, даже сама леди Ледлоу.
Вѣроятно, Герри получилъ въ то время краткій, но грозный выговоръ отъ мистера Горнера, который былъ всегда строгъ даже съ тѣми, кого любилъ больше другихъ. Но нѣсколько суровыхъ словъ не могли устрашить или даже уменьшить привязанность Герри. По дошедшимъ до меня слухамъ я знала, что Герри сопровождалъ мистера Горнера, когда послѣдній отправился на мызу, въ тотъ же самый день, какъ получилъ выговоръ; управляющій показывалъ видъ, будто не замѣчаетъ его присутствія, но я увѣрена, что ему было бы весьма-непріятно, еслибъ мальчикъ не сопровождалъ его. Вотъ какъ это случалось обыкновенно, такъ мнѣ разсказывали. Мистеръ Горнеръ никогда не приказывалъ Герри идти съ нимъ, никогда не благодарилъ его за то, что онъ шелъ съ нимъ или преслѣдовалъ его по пятамъ, охотно исполнялъ его порученія, прямо, какъ ворона, летѣлъ къ назначенному мѣсту и возвращался къ мистеру Горнеру какъ-можно скорѣе. Если же Герри не было съ нимъ, то мистеръ Горнеръ никогда не спрашивалъ о причинѣ его отсутствія у людей, которые могли знать, задержалъ-ли его отецъ или онъ былъ занятъ какимъ-нибудь особеннымъ дѣломъ; онъ также никогда не спрашивалъ самого Герри, гдѣ онъ былъ. Но поселяне, хорошо знавшіе мистера Горнера, разсказывали миссъ Галиндо, что управляющій гораздо-скорѣе замѣчалъ какія-нибудь упущенія и бывалъ гораздо строже въ тѣ дни, когда его не сопровождалъ Герри.
Миссъ Галиндо была почти единственнымъ моимъ источникомъ, откуда я получала извѣстія о томъ, что происходило въ имѣніи. Она разсказала мнѣ также подробности несчастій, случившагося съ бѣднымъ Герри.
-- Видите-ли, моя милая, говорила она: -- маленькій браконьеръ почувствовалъ какую-то странную привязанность къ моему господину.