-- Онъ имѣетъ свои собственные планы касательно обученіи Герри; и еслибъ только мистеру Грею удалось учредить школу, то мистеръ Горнеръ и онъ думаютъ, что Герри могъ бы быть школьнымъ учителемъ, такъ-какъ вамъ, миледи, не угодно, чтобъ онъ былъ вамъ полезенъ, какъ писецъ управляющаго. Я желала бы, чтобъ вы, миледи, согласились на этотъ планъ, который такъ близокъ сердцу мистера Грея.
При этихъ словахъ миссъ Галиндо пристально посмотрѣла на миледи. Но леди Ледлоу встала съ своего мѣста, какъ бы желая прекратить разговоръ, и въ тоже время сухо произнесла только слѣдующее:
-- Въ-самомъ-дѣлѣ! Мистеръ Горнеръ и мистеръ Грей далеко ушли впередъ въ своихъ планахъ прежде моего согласія.
-- Вотъ! воскликнула миссъ Галиндо, когда миледи оставила насъ, извинившись въ томъ, что уходитъ.-- Я дала волю своему длинному глупому языку и тѣмъ повредила только дѣлу. Конечно, въ настоящее время люди строятъ весьма-обширные планы, особенно человѣкъ больной, принужденный лежать цѣлый день на софѣ.
-- Досада миледи скоро пройдетъ, сказалъ я, длятого, чтобъ извинить миледи.
Но я такимъ образомъ заставила миссъ Галиндо обратить свой гнѣвъ на меня.
-- Да развѣ миледи не имѣетъ права сердиться на меня, если хочетъ, и сердиться на меня столько времени, сколько ей будетъ угодно? Развѣ я жалуюсь на нее, что вы мнѣ говорите это? Позвольте вамъ сказать, что я знаю миледи уже тридцать лѣтъ, и еслибъ она взяла меня за плечи и вытолкала изъ дому, то моя любовь къ ней увеличилась бы только. А потому я вамъ не совѣтую обращаться ко мнѣ съ приторными примирительными рѣчами. Я болтала сегодня, какъ глупый попугай и вполнѣ заслужила гнѣвъ миледи. Итакъ, прощайте, миссъ! да прежде узнайте леди Ледлоу такъ же хорошо, какъ я знаю ее, а потомъ уже вы можете сказать мнѣ, что ея досада скоро пройдетъ!
И съ этими словами миссъ Галиндо вышла изъ комнаты.
Я не могла въ точности объяснить себѣ, что я сдѣлала дурнаго; но впредь я уже остерегалась быть посредницей между миледи и миссъ Галиндо и не позволяла себѣ дѣлать какія-либо заключенія одной на на счетъ другой: замѣтила, что какое-то могущественное чувство признательности заставляло миссъ Галиндо боготворить миледи.
Между-тѣмъ, Герри Грегсенъ начиналъ уже ходить по деревнѣ, прихрамывая, но все еще оставался въ домѣ мистера Грея; здѣсь онъ могъ быть безпрестанно подъ надзоромъ доктора, здѣсь ходили за нимъ, какъ слѣдуетъ, и давали ему нужную пищу. Рѣшили, что когда нѣсколько возстановится его здоровье, то онъ перейдетъ въ домъ мистера Горнера; но такъ какъ управляющій жилъ довольно далеко и въ сторонѣ отъ дороги, и большую часть дня не былъ дома, то онъ согласился оставить Герри въ домѣ, куда его принесли разбитаго, пока мальчикъ не понравится совершенно; и мистеръ Горнеръ согласился на это очень-охотно (какъ я могла заключить объ этомъ изъ словъ миссъ Галиндо), потомучто мистеръ Грей, на сколько позволяла его собственная слабость, училъ Герри такъ, какъ желалъ того мистеръ Горнеръ.