-- Да, какъ подумаешь, какъ все началось, какъ смотрѣла на жизнь раньше и какъ кончилось все... Ты не возражай! Я знаю, что для меня жизнь кончена,-- сказала она поспѣшно.-- Какъ вспомнишь все это -- станетъ тоскливо. Отчего все такъ сложилось... такъ безсмысленно, странно... и нѣтъ выхода.. А что нужно было раньше дѣлать -- неизвѣстно. Ужаснѣе всего, когда несчастію нѣтъ объясненія.

-- Ты напрасно не вышла замужъ, когда тебѣ дѣлали предложеніе въ послѣдній разъ,-- сказала, помолчавъ, Софья Николаевна.

-- Ахъ, я ничего не знаю... Мнѣ кажется все равно,-- быстро отвѣтила Вѣра.-- Бросимъ это, поговоримъ о тебѣ,-- и она стала спрашивать Софью Николаевну объ ея жизни. Подруги долго еще сидѣли и болтали.

-- Ну, прощай,-- сказала Вѣра, когда они разставались въ концѣ вечера.-- Да, прощай, а не до свиданія. Сегодня же ѣду къ отцу... доживать жизнь...-- она опять болѣзненно и грустно улыбнулась.-- Будь счастлива! Увидимся-ли еще разъ!

Софьѣ Николаевнѣ было тяжело и обидно за Вѣру. Ночью, оставшись одна, она думала о судьбѣ Вѣры, о томъ, почему она несчастна, и не могла объяснить себѣ почему...

XXVIII.

А Вѣра Андреевна, кончивъ гимназію, сейчасъ же уѣхала въ отцу (матери ея уже не было на свѣтѣ) въ деревню, гдѣ собрались ея родные и нѣкоторые изъ окружавшихъ ихъ знакомыхъ. Это первое лѣто въ деревнѣ было однимъ изъ лучшихъ періодовъ ея жизни. Веселье, ухаживаніе, пикники, прогулки, танцы смѣняли другъ друга, образуя какую-то непрерывную цѣпь удовольствій. Но это было не все. Она находила время для чтенія, познакомилась въ это время съ Дарвиномъ и пришла въ восхищеніе отъ Платона, которымъ она занималась вмѣстѣ съ однимъ студентомъ-филологомъ. Жизнь ей казалась огромнымъ свѣтлымъ царствомъ, гдѣ для нея устроено одно изъ самыхъ лучшихъ мѣстъ. Будущее было подернуто розовымъ сіяніемъ и открывало передъ ней безконечныя перспективы. Всѣ люди любили ее, всѣ они были превосходны и со всѣми ними Вѣра сошлась. Но въ особенности она сблизилась въ это лѣто со своей старшей замужней сестрой Еленой.

Елена Андреевна была то, что обыкновенно называется "умницей и чистою душою". И какъ въ ней самой все было прекрасно, такъ же прекрасно ей улыбнулась судьба. У нея былъ прекрасный умный мужъ, за котораго она вышла по любви и съ которымъ жила душа въ душу. У нея были прекрасные друзья, всѣ любившіе ее. У нея были прелестныя дѣти. Она не была подавлена ни нуждой, ни средою; была развита, начитана и интересовалась кромѣ семьи общественными вопросами, наукой и литературой... Жизнь ея была то, что называется "тихимъ семейнымъ счастьемъ".

Но, не смотря на всѣ эти данныя для счастливой жизни, Елена все же не была счастлива. Мужъ, семья, свѣтская жизнь и чтеніе занимали только часть ея души; другая же часть не находила себѣ удовлетворенія. Еленѣ иногда казалось, что мужъ ея слишкомъ узокъ и однообразенъ... Ей было скучно, что она живетъ одними и тѣми же интересами, однимъ и тѣмъ же времяпрепровожденіемъ, и что она, какъ жила, такъ и проживетъ еще годъ, два, десять лѣтъ, всю жизнь. Ей хотѣлосъ чего-то иного... какой нибудь дѣятельности... бороться, любить, жертвовать. Ей хотѣлось больше жизни. Отсюда и получалось неудовлетвореніе семейнымъ тихимъ счастьемъ и тѣми формами жизни, которыми довольствовались окружающіе ее люди.

Сестра Вѣра знала о томъ, что Елена несчастлива, и, хотя ей было жаль сестры, она думала, что для нея лично жизнь сложится лучше, и она-то будетъ счастлива. Она вѣрила, что жизнь полна какого-то невѣдомаго смысла, который нужно найти и примѣнить къ своей личной жизни. Такъ она и жила въ это лѣто.