-- Сколько угодно! -- ответил фермер. -- Я их наготовил, собираясь на будущей неделе на охоту. Ну что ж, мы воспользуемся ими сегодня. А где Роусон?
-- Я здесь, -- отозвался проповедник, до того времени молча стоявший у дерева. -- Ехать действительно пора. Идемте же и постараемся найти виновника преступления!
-- Боже мой! Неужели вы, мистер Роусон, тоже собираетесь ехать туда? Но ведь вы совершенно больны!
-- Я не могу остаться. Мой долг призывает меня ехать с ними! -- решительно отозвался проповедник. -- Правда, рука сильно болит, но...
-- О, мы ни в коем случае не отпустим вас! -- так же решительно заявила Мулинс. -- Вид трупа сильно повлияет на ваши и без того слабые сегодня нервы.
-- Но ведь есть обстоятельства, когда...
-- Конечно, останьтесь здесь, -- вмешался Робертс, -- ваше присутствие там сегодня вряд ли необходимо. Вот завтра на похоронах -- другое дело, попросим вас присутствовать, если вы хоть немного оправитесь.
Роусон кивнул головою в знак согласия и направился к дому. Тут ему преградила дорогу Мэриан, сильно взволнованная известием об убийстве. Все поведение ее жениха, его волнение, его решимость ехать, несмотря на усталость и боль, пробудили в девушке искреннее сочувствие к проповеднику, и она впервые почувствовала, что жизнь с ним будет, пожалуй, совсем не так тяжела, как это ей казалось.
Движимая таким чувством, она остановила Роусона и ласково, хотя и застенчиво сказала ему:
-- Добрый вечер, мистер Роусон! Постарайтесь заснуть сегодня пораньше и спите спокойно, чтобы завтра быть совершенно бодрым и здоровым. От души желаю вам этого!