-- Нет, больше ничего, масса! Я думаю, впрочем, что завтра он сам сюда придет!
-- Ну так передай ему, что мы его ждем. Ступай! Ну, чего вытаращил свои бельма? Не понимаешь, что ли?
-- Масса, -- сказал мулат, заискивающе улыбаясь и показывая свои ослепительно белые зубы. -- Вон там кружка...
-- Что, выпить захотелось? -- догадался хозяин. -- Ну что ж, держи кружку, плесну тебе джина. Пей и живо проваливай обратно!
Одним духом проглотив джин, Дан отер губы, щелкнул от удовольствия языком, поклонился хозяину и гостю, сбежал с крыльца и исчез в чаще. Джонсон затворил дверь.
-- Ну, так мне здесь больше делать нечего, -- сказал Коттон, поднимаясь, -- я отправлюсь домой. Черт бы взял этого проклятого Брауна, совсем некстати его принесла нелегкая, а я-то...
Он не успел договорить, заслышав топот скачущей лошади. Не медля ни минуты, он опять быстро взобрался вверх по лестнице, не желая попадаться на глаза постороннему человеку. Но, как и раньше, его предосторожность оказалась излишней: подойдя к окну, Джонсон воскликнул:
-- Ба, да это Роусон!
Не успели оба приятеля опомниться от изумления, как раздался нетерпеливый стук в дверь.
-- Чего вы так долго не отпирали, черт вас подери?! -- нетерпеливо произнес проповедник, входя в хижину.