-- Что за глупости! -- иронически произнес Джонсон, рассматривая стрелы, которые держал в руке. -- Вы рассуждаете как баба. Какое вам дело до того, что я намерен делать? Индеец должен умереть и умрет, что бы вы там ни болтали!
-- В таком случае это мое последнее свидание с вами! -- решительно произнес Уэстон. -- Пусть вы одни будете виновны в этом убийстве! Завтра же я возвращаюсь в Миссури. Я сговаривался с вами воровать лошадей, но становиться участником убийств не намерен. Прощайте!
С этими словами Уэстон встал и собрался выйти из хижины.
-- Стойте! -- закричал Джонсон, загораживая ему дорогу. При этом он, как бы нечаянно, направил концы отравленных стрел прямо ему в грудь. -- Вы, кажется, собираетесь нас предать?
-- Караул! -- в ужасе закричал Уэстон, отступая перед страшным оружием. -- Помогите!
-- О, черт бы вас подрал! -- с досадою воскликнул Коттон, отталкивая в сторону Уэстона и становясь между ними. -- Чего разорались? Вас режут, что ли?
-- Ага, я понимаю, чего он кричит! -- догадался Джонсон. -- Он струсил отравленных стрел! Полно, Уэстон, зачем вы хотите покинуть нас?
-- Во-первых, меня давно уже ждет Аткинс, а во-вторых, я не хочу стать свидетелем нового убийства. Но с чего вы взяли, что я хочу вас предать? Я просто разрываю с вами всякие сношения, но не намерен нарушать своей клятвы. В этом отношении вы можете быть совершенно спокойны!
-- Тогда пожалуйста, дорога свободна! -- произнес Джонсон, отходя от двери. -- Но не думайте, что в случае предательства вам удастся скрыться от моей мести. Прощайте!
Молодой человек поклонился, быстро вышел из хижины, перескочил через изгородь и скрылся в густых кустах, окружавших дом.