Димитрий: Все понял, все. Узнал тебя. А ты... ты не узнаешь ввек, царевич ли тебя любил, или другой, бродяга безымянный... Как хочешь, так и думай. Теперь, хотя бы ты сама любви моей молила, я не вернусь.

Уходит.

Марина (кидаясь к нему): Погоди, постой.

Садится на край фонтана, задумывается: видно, что она приняла какое-то решение.

XIV. БОРИС И МАРФА

Царский покой. Борис за столом, покрытым бумагами. Бояре, сановники, приближенные (кроме Шуйского). Около стола Семен Годунов.

Семен Годунов: Государь, мать Димитрия, царица инокиня Марфа, что по твоему указу во дворец привезена, ждет тебя в своем молитвенном покое.

Борис: Хорошо. (Молчание). Ты слышал вести. Что ты скажешь?

Семен: Неладно, царь.