Досадно вспомнить, что работа над этим всероссийским материалом не была окончена. Сначала занялись ею добровольцы из Р. Ф. Общества. Помогала жившая у нас тогда покойная О. Флоренская. Скоро она осталась одна, а справиться одной было ей не под силу. Положим, исключительное время не давало сосредоточиться на маленьком, хотя бы и серьезном деле. Но мы все и в будничные времена отличались неуменьем работать.
Меньше других помог сам Введенский. Перевез письма, свалил -- и тотчас исчез. Как будто собственная "анкета" перестала его интересовать.
Он, однако, был такой "забвенный", такой сам по себе незамечательный, что мы на него и посетовать забыли. Никто не заметил его исчезновения, точно и не существовало его никогда.
А письма, полуразобранные, остались. На разобранных сверху, на конвертах -- краткое содержание и адрес автора. Иногда наиболее характерная цитата. Карандашом, рукой О. Флоренской. Может быть, они где-нибудь еще есть. Но вернее, что исчезли навсегда.
-----
И десять лет прошло.
Мертвый Петербург. Единственная точка светлая, искра горящая -- церковь. На нее -- гонение, совершенно естественное; откровенное, без экивоков, но еще несмелое и потому неровное. Большевики знают, что все, имеющее к церкви отношение, им враждебно в корне и без изъятия. Но они, в 18 -- 19 гг., еще трусят; еще присматриваются и сомневаются: а вдруг нельзя?..
Церкви, однако, все более полны народом. Крестные ходы все грандиознее. Митинги с нанятыми ораторами не удаются. Нет, надо переходить к террору. Но... с умом, постепенно все время щупая почву.
Образование "братств" при храмах и первое появление "проповедников" относятся к этим же годам. Впоследствии проповеди с амвона стали произносить и люди "светские", интеллигенты (прежние "безбожники"), но при начале это были только священники. Иные сразу стали популярными. Не довольствуясь своей церковью, они ходили и в другие. За любимым проповедником следовала и толпа прихожан.
Введенский был в числе этих первых священников-проповедников. Действовал в группе с другими, тоже нам давно известными, -- имен не называю, ибо судьбы их не знаю.