-- Куда, любезный другъ, стремишься?
-- Въ Калитяны надо.
-- Садитесь, подвезу. Что это вы такъ по походному?
Оглобинъ не объяснилъ толкомъ, а только сказалъ, что это "такъ".
-- А вы куда это, Николай Ѳедорычъ? освѣдомился въ свою очередь Оглобинъ.
-- Къ особѣ, батинька, къ особѣ, затораторилъ тотъ: -- сама пригласила. Понимаете, само оно изволило написать, снизошло, такъ-сказать! подымая палецъ вверхъ, объяснилъ шутникъ.-- Въ Петровское, къ Забуцкому; прислали: дочь умираетъ. Шутникъ былъ докторъ.
Онъ опять предложилъ Оглобину подвезти, но тотъ сталъ благодарить и отнѣкиваться, говоря, что хочетъ дойти.
-- Не церемоньтесь, вѣдь это мой тарантасъ... Можетъ, вы боитесь этого барина? безцеремонно вдругъ спросилъ докторъ, показывая на Таврова, который, въ самомъ дѣлѣ, не безъ любопытства и видимаго презрѣнія разсматривалъ теперь этого новаго спутника.-- Потѣсните-ка его хорошенько, Миша, предлагая мѣсто около Таврова, продолжалъ докторъ.-- Ныньче вѣдь всюду на свѣтѣ аристократамъ тѣсно становится отъ демократіи, засмѣялся онъ:-- а вы ему не подавайте руки, шутливо-серьёзнымъ тономъ совѣтовалъ онъ Виктору Сергѣичу: -- у него руки перемараны: онъ самъ землю пашетъ. Рекомендую.
Оглобина усадили, наконецъ. Ранецъ его привязали сзади экипажа.
-- Какъ я радъ васъ помучить, Тавровъ, сказалъ докторъ.