-- Мы -- рабочій людъ, мы -- низшіе классы общества!
Но этого изреченія вѣдь не могъ себѣ усвоить даже ея отецъ.
Обстоятельства ихъ перемѣнились, но не перемѣнилась Клара и болѣе чѣмъ когда-либо была недовольна всѣмъ окружающимъ; болѣе чѣмъ когда-либо была убѣждена, что ея призваніе не въ суровой, безпросвѣтной черной работѣ. Проходя мимо ярко освѣщенныхъ оконъ магазиновъ, гдѣ выставлены были карточки знаменитыхъ актрисъ, она думала:
-- Я такая же красавица, какъ и онѣ; отчего бы моему портрету не попасть туда же?
Отецъ рѣдко позволялъ ей бывать въ театрѣ; тогда онъ шелъ или самъ, или отпускалъ ее въ сопровожденія Керквуда. Глядя на актрисъ и вспоминая про свои декламаціонные успѣхи въ училищѣ, Клара думала:
"Развѣ я не могла бы живо выучить это наизусть? Развѣ для меня не ясно, гдѣ и что въ этой роли надо исполнять иначе? Развѣ для меня немыслимо попасть на сцену"?!
Но всѣ эти планы и мечты она хранила про себя.
Какъ-то въ разговорѣ Бесси Біасъ намекнула ей, какъ бы въ укоръ за ея жестокость къ Сиднею, что такъ не слѣдовало огорчать такого достойнаго человѣка и завиднаго жениха; но въ глазахъ Клары онъ именно и не былъ завиднымъ женихомъ. Она вообще не хотѣла замужъ. Однако, за послѣднее время, она что-то чаще думала о немъ; ждала его самого, или его письма; даже подходила въ окну въ надеждѣ, что онъ пройдетъ мимо,-- но все напрасно! Бывая у родныхъ на часочекъ, она никогда съ нимъ не встрѣчалась, а спросить о немъ не хватало духу. Въ отсутствіе его она, казалось, научилась его цѣнить; тѣмъ болѣе, что среда, въ которой ей приходилось служить, дѣйствительно была незавидна.
М-съ Тебсъ была женщина, которая какъ бы для того и была рождена на свѣтъ, чтобы мучить своихъ рабовъ. Изъ Клары она также силилась добыть какъ можно больше себѣ пользы; съ утра до ночи морила ее работой, несмотря на то, что видѣла для себя чистую выгоду отъ такой хорошенькой и образованной продавщицы.
Круто приходилось Кларѣ, ей все здѣсь было противно, и сама грубая хозяйка бывшей пивной, и ея неотесанная, а нерѣдко и нескромная, нахальная публика, прислуживать которой было для Клары настоящею пыткой. Она готова была бросить свою неудачную затѣю, но Сидней... Сидней! Ей не хотѣлось дать ему случай восторжествовать и она изъ упрямства рѣшалась терпѣть до конца и не подавать никому вида, какія ей приходится выносить муки и униженія.