-- Слушайте! слушайте! -- пронеслось в толпе.
"...Под страхом смертной казни..." -- прочел глашатай.
Все затаили дыхание?
"...Под страхом смертной казни запрещается, во исполнение вышеприведенного распоряжения, оказывать какую-либо помощь девятнадцати вышепоименованным бунтовщикам, окруженным и запертым в настоящее время в Тургской башне".
-- Что? Тургская башня? -- раздался в толпе голос. То был женский голос, голос матери.
III. НАРОДНЫЙ ГУЛ
Михалина Флешар замешалась в толпу. Хотя она и не вслушивалась в то, что читалось и говорилось, но когда до ее слуха долетели слова "Тургская башня", она подняла голову.
-- Что! -- повторила она. -- Тургская башня?
Все оглянулись на нее. Она имела совершенно растерянный вид, а тело ее было покрыто лохмотьями.
-- Это какая-то бродяжка, -- раздались вокруг нее голоса. Одна крестьянка, несшая в корзине лепешки из гречневой крупы, приблизилась к ней и сказала ей на ухо: