Я понялъ, что это все будетъ въ завтрашней газетѣ.
Вдругъ, одинъ изъ прислужниковъ палача снялъ съ меня жилетку, а другой схватилъ обѣ мои опущенныя руки, прикрутилъ ихъ къ спинѣ, и я почувствовалъ, какъ узелъ веревки медленно, въ нѣсколько оборотовъ смыкалъ мои кулаки. Между-тѣмъ, другой развязывалъ мнѣ галстухъ. Батистовая рубашка, единственная тряпица, оставшаяся у меня отъ прежняго житья, заставила его какъ-будто колебаться, потомъ онъ сталъ отрѣзывать воротничокъ.
При этой чудовищной предосторожности, отъ прикосновенiя стали, трогавшей мою шею, локти мои вздрогнули, и я глухо заскрежеталъ зубами; рука палача задрожала. -- Милостивый государь, сказалъ онъ мнѣ, извините! Не причинилъ ли я вамъ боли? -- Эти палачи такой кроткiй народъ.
Толпа ревѣла все громче и громче.
Краснолиций толстякъ поднесъ ко мнѣ платокъ, смоченный уксусомъ. -- Благодарю васъ, сказалъ я как только могъ громче, не надо; я чувствую себя хорошо.
Тогда одинъ изъ нихъ нагнулся и тонкой веревкой связалъ мнѣ ноги, такъ что я могъ дѣлалъ только маленькiе шаги. Конецъ этой веревки былъ соединенъ съ тою, что связывала мнѣ руки.
Потомъ толстякъ накинулъ мнѣ на спину куртку, и связалъ рукава ея подъ моимъ подбородкомъ. Все, что нужно было сдѣлать, сдѣлали.
Тутъ священникъ подошолъ ко мнѣ съ распятiемъ: -- пойдемте, сынъ мой, сказалъ онъ мнѣ.
Тогда помощники палача взяли меня подъ-руки; я всталъ, пошолъ; я былъ очень-слабъ и спотыкался, какъ-будто у меня на каждой ногѣ было по два колѣна.
Въ эту минуту, наружная дверь отворилась настежъ. Бѣшеные крики, холодный воздухъ и бѣлый свѣтъ, все это вмѣстѣ хлынуло на меня. Изъ глубины темнаго корридора я вдругъ увидѣлъ все разомъ: сквозь дождь тысяча ревущихъ головъ, толпившихся въ безпорядкѣ на главной лѣстницѣ палаты; на-право, наравнѣ съ мостовой, рядъ жандармскихъ лошадей, стоявшихъ подъ низкими воротами, отчего мнѣ видны были только ихъ ноги и груди; прямо противъ себя отрядъ солдатъ въ боевомъ порядкѣ; на-лѣво заднюю часть телѣги, къ которой прислонена была крутая лѣстница. Отвратительная картина, хорошо обрамленная тюремною дверью.