— Если б хозяин был, много можно: богатый князь.
— А так итти незачем?
— Не, брось! Даром.
— Ну-ну. Плохо, — деньгами больно обнищали!
Они прошли мимо Макара и скрылись в духане. Следопыт встал на ноги; он призадумался; этот разговор, несмотря на свою загадочность, сказал многоопытному разведчику; ясное дело, — это партизанский отряд, и дядька, верно, атаман. Черкес доставляет им патроны и одежду… Значит, свои, повстанцы. Не лучше ли открыться им? Да не повести ли их в Голубино, благо хозяин теперь приехал: сразу его захватим и освободим Любочку! А ну, Следопыт, пользуйся таким случаем! Бандиты они, правда, ищут, где бы пограбить, — ну да что! Дай только Красной армии на Кавказ притти, тогда уж быть им красноармейцами. Ладно!
Он решительно распахнул дверь и остановился на пороге. «Купцы» уже собирали свой «товар», нагружали друг другу на плечи, кряхтели, ругались и наскоро допивали «раку». Когда Макар появился в комнате, дядька взглянул на него — и лицо его сразу переменилось.
— Где был?! — рявкнул он Макару, багровея. — Э, хлопче, у тебя никак уши слишком великие? Мы этого не любим.
Все замолкли и обернулись к Следопыту. Но тот спокойно прошел сквозь кучку «купцов» и, усмехнувшись, ответил дядьке:
— Уши у меня хоть и не великие, а здорово слышат: как и полагается Макару-Следопыту, разведчику Красной армии.
Если б бомба разорвалась посреди комнаты, это произвело бы меньшее впечатление, чем простые слова Макара. Все остолбенели, разинув рты и выпучив на него глаза. Первый опомнился дядька. Он подскочил к мальчику и, ухватив его за плечи, начал трясти, как грушу.