Он переночевал возле вокзала и на рассвете отправился в порт. Эвакуация шла полным ходом; последние корабли уплывали, и огромная толпа не попавших на них металась в панике по берегу. Происходили ужасные сцены: раненый офицер с женой не могли попасть на пароход; долго они безнадежно пробивались сквозь толпу, но пароход отчалил. Тогда в отчаянии офицер выхватил револьвер и застрелился. Сердце Макара содрогнулось.
— Неужто легче помереть, чем красным в руки попасть? — спросил он молодого солдата, хмуро глядевшего на мертвого и на жену, бившуюся в рыданиях подле мужа.
— Как кому, — уклончиво ответил тот. — Стало быть, боялся, нагрешил супротив товарищей. Э, брат, что тут толковать: год назад здесь распевали «Яблочко»:
Пароходы идут с самоварами,
Будем рыбу кормить комиссарами.
А нынче уж песня не та, нынче на другой голос поется:
Пароходы идут с колокольцами,
Будем рыбку кормить добровольцами.
Стало быть, Рассея не дозволила, к себе нас не допустила: отчаливай — мол!
— С какими колокольцами? — спросил Макар.