-- Ну да, поилъ.
-- Ну, то запрягай. Пора въ городъ ѣхать. Къ утру какъ разъ поспѣемъ.
-- До Сережи Андреевича? -- спросилъ Панько такимъ тономъ, какъ будто отъ отвѣта отца Порфирія зависѣло запрягать лошадей или не стоитъ.
-- Эге! -- утвердительно пояснилъ отецъ Порфирій,-- сразу къ банку подъѣдемъ. Я только переодѣнусь у соборнаго дьякона и въ банкъ. А то потомъ Сережи, можетъ, и не застанемъ дома; онъ по гостямъ все больше...
-- Та оно конечно,-- подтвердилъ Панько, не двигаясь съ мѣста.
-- Сѣна помости на шарабанѣ побольше. Чтобы мягко было.
-- Уже вымостилъ. Доѣдемъ.
-- Овса набери. Въ городѣ дорогъ овесъ. Да поворачивайся!
-- Заразъ. Я еще и не полудновалъ.
Панько не торопился. Выѣхали со двора часа черезъ два. Возлѣ земской школы встрѣтили Варвару Платоновну; она возвращалась съ прогулки изъ княжескаго парка. Остановили коней и поговорили еще немного. Хорошо было въ этотъ часъ во Власовкѣ. Солнце стало уже не жаркое и нѣжно ласкало все, на что падали его лучи: и деревню, и церковь съ пылающими при закатѣ крестами, и застывшій, точно въ очарованномъ снѣ, огромный паркъ.