Просила она, просила, умоляла, умоляла, но глаза мачехи только кровью налились. Еще пуще разозлилась, закричала:
– Ах ты, собака, не хватало того, чтобы ты меня учила! Ты лучше позаботься о своей голове: сейчас вот вылью три горсти коровьей крови, тогда и пущу носом молоко, которым кормила тебя твоя мать!
Сказала она так и побежала к мяснику. А сиротка обняла свою корову за шею и залилась рекой слез. Не прошло и пяти минут, а в дверях показался мясник Хаджи с окровавленными ножами! Корова ни “му-у” не сказала, ни ” мо-о” не прокричала.
Подошла и склонила перед мясником свою голову. Повернувшись к мачехе, мясник сказал:
– Животные не знают, когда их ждет смерть; или овод мелькнул у коровы в глазах, что сама пришла и положила голову на плаху?
Полоснул он ножом по коровьей шее – а нож-то не режет. Еще раз провел ножом по шее, опять нож не режет, еще и еще – не берет нож!
Схватился тогда мясник за бороду:
– Мой нож даже камень разрежет, здесь какое-то чудо. Я не могу коснуться и волоса этой благословенной!
Крикнул он так и отшвырнул нож в сторону.
С того дня и кинжалом не могли открыть мачехина рта! Но теперь она не пускала сироту и желтую корову ни в поле, ни в горы, не давала ни травы, ни мяса, одной – только горсть сена, другой – только кусок хлеба. Хотела она отнять у бедных радость, да не вышло. Сиротка не съест своего хлеба, смочит его слезами, отдает корове, а корова смешает свое молоко с медом и сметаной, накормит девушку.